Возрождённый любовник - Страница 2 - Форум
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 2 из 8
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 7
  • 8
  • »
Форум » Гильдия переводчиков » Переводы сайта » Возрождённый любовник (Дж. Р. Уорд - серия "Братство черного кинжала" - 10 книга)
Возрождённый любовник
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 08:59 | Сообщение # 21

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
* * * * *


«Господи, только не снова, — подумал Джон. — Да ради бога, у них только что состоялся разговор на эту тему, а теперь это?»
Если он думал, что сражаться бок обок с Хекс было проблемой, то мысль о том, что она попытается проникнуть в логово Банды Ублюдков, просто срывала ему крышу.
Он откинул голову назад, упершись в стену затылком и понял, что все, включая даже собаку, уставились на него. Буквально — даже карие глаза Джорджа устремились в его направлении.
— Прикалываетесь, — сказала Хекс. — Вы, мать твою, прикалываетесь надо мной.
Даже после того, как она произнесла это, никто на нее не посмотрел. Все взгляды были устремлены на Джона. Совершенно очевидно, что, так как он был ее хеллреном, они ожидали его одобрения — или неодобрения — того, что она предложила.
А Джон, казалось, не мог двигаться, он, словно застрял в холодном болоте между тем, что она хотела, и где он не хотел, чтобы они оказались в конечном итоге.
Роф откашлялся.
— Что ж, это любезное предложение
— Любезное предложение? — выпалила она. — Словно я на ужин тебя приглашаю?
«Скажи что-нибудь, — убеждал себя Джон, — Просто подними руки и скажи ей...»
Что? Что он без колебаний согласен, чтобы она отправилась выслеживать шестерых мужиков? После того, что с ней сделал Лэш? Что, если ее схватят и...
О, Иисусе, да он нахрен рехнется сейчас. Да, Хекс жесткая, сильная и знающая свое дело. Но она такая же смертная, как и все. А без Хекс Джон вообще не хотел находиться на этой планете.
Ривендж уперся тростью в пол и поднялся.
— Давай-ка поговорим...
— Извини? — взорвалась Хекс. — «Поговорим»? Это я нуждаюсь в том, чтобы мне вправили мозги? Без обид, но лучше укуси меня, Рив. Когда тебе было нужно, я делала все, что могла, чтобы помочь.
Когда все присутствующие мужчины в комнате принялась рассматривать свои тяжелые ботинки и мокасины, король симпатов покачал головой.
— Сейчас все по-другому.
— А то как же.
— Пойдем, Хекс...
— Вы все с ума посходили! Только потому, что мое имя красуется на его спине, я вдруг стала заключенной или еще каким дерьмом?
— Хекс...
— О, нет, нет, можешь отвалить с этим рассудительным тоном. — Она посмотрела на мужчин, а затем переключила свое внимание на Бет и Пэйн. — Не знаю, как вы только двое выдерживаете, с меня, реально, хватит.
Джон пытался придумать, что бы такое сказать, что предотвратит столкновение, но понял, что это пустая трата времени. Два поезда уже столкнулись, раздался скрежет металла и повсюду дымились разбросанные детали движка.
Особенно, когда Хекс подошла к двери так, будто готовилась когтями доказывать правоту своей точки зрения.
Когда он направился к ней, она пригвоздила его к месту жестким взглядом.
— Если ты идешь ко мне, чтобы по какой-либо причине не дать мне отправиться за Кором, лучше оставайся там, где стоишь. Потому, что ты из той же анархической шайки женоненавистников. А значит не на моей стороне.
Подняв руки, он показал знаками:

«Нет ничего плохого в желании охранять тебя».
— Это не вопрос безопасности — это вопрос контроля.
«Чушь! Ты пострадала менее двадцати четырех часов назад...»
— Отлично. У меня есть идея. Я хочу, чтобы ты был в безопасности — так что тебе придется прекратить участвовать в боевых действиях. — Она бросила через плечо взгляд на Рофа. — Вы поддержите меня, мой господин? А как на счет всех остальных ваших болванов? Скажем, юбка с колготками — на Джоне, что тогда? Давайте, поддержите меня. Нет? Вы не думаете, что это «справедливо»?
Джон вспылил, и он просто... он не хотел делать то, что сделал. Просто так получилось.
Он топнул ботинком, создавая оглушительный шум, и указал... прямо на Тора.
Неловкое. Ужасное. Молчание.
Вроде того, где они с Хекс не только вытащили свое грязное белье перед всеми, так он еще и умудрился развесить свои потные носки и запятнанные рубашки над головой Тора.
В ответ? Брат лишь скрестил руки на груди и кивнул.
Хекс покачала головой.
— Я пойду. Мне нужно проветриться. Джон, ты знаешь, что лучше для тебя сейчас за мной не ходить.
И с этими словами она покинула кабинет.
Как только она вышла, Джон потер лицо, вдавливаясь ладонями так сильно, что чувствовал, будто менял черты своего лица.
— Как насчет того, чтобы все уже, наконец, отправились в ночной патруль, — тихо предложил Роф. — Я хочу поговорить с Джоном. Тор, ты тоже задержись.
Не нужно было просить дважды. Братство и остальные покинули кабинет, словно кто-то во дворе занимался угоном их авто.
Бет осталась стоять позади короля. Как и Джордж.
Когда двери закрылись, Джон посмотрел на Тора.

«Мне так жаль...»
— Нет, сынок. — Мужчина вышел вперед. — Не хочу, чтобы ты оказался на моем месте.
Брат заключил Джона в объятия и парень принял их, так сильно прижавшись огромным телом... что едва удержал Тора в вертикальном положении.
Голос Тора был спокойным, когда он проговорил на ухо Джона:
— Все в порядке. Я понимаю тебя. Все будет в порядке...
Джон склонил голову набок и посмотрел на дверь, через которую только что вышла его шеллан. Он всеми фибрами своего существа хотел отправиться за ней, но эти же фибры также и удерживали его от этого порыва. Разумом он понимал все сказанное ею, но сердце и тело управлялись чем-то отдельно от всего этого, чем-то намного большим и первобытным. Это все перевешивало.
Это неправильно. Неуважительно. Старомодно, в своем роде, и он никогда не думал, что так произойдет. Джон не думал, что женщины должны быть самостоятельными, но он верил в свою пару, и он хотел, чтобы она...
Была в безопасности.
И точка.
— Дай ей немного времени, — пробормотал Тор, — а затем мы пойдем за ней, ладно? Ты и я — мы пойдем вместе.
— Хороший план, — сказал Роф, — Потому что никто из вас сегодня ночью в патруль не выходит. — Король поднял ладони, чтобы предотвратить возражение. — Я прав?
Это заставило их обоих заткнуться.
— Итак, ты в порядке? — спросил король Тора.
Улыбка Брата и в малейшей степени не была теплой.
— Я уже в аду... и это дерьмо не станет горячее только потому, что он использует меня в качестве примера того, на чьем месте не хочет оказаться.
— Как знаешь.
— Не беспокойся за меня.
— Легче сказать, чем сделать. — Роф махнул рукой, словно не хотел углубляться во все это. — Мы закончили?
Когда Тор кивнул и повернулся к двери, Джон поклонился Первой Семье и вышел следом за ним.
Ему не надо было спешить. Тор ждал его в коридоре.
— Послушай это круто. Я серьезно

«Я просто... так сожалею»,показал Джон,«Обо всем. И... черт, я скучаю по Велси — я очень скучаю по ней».
Тор замер на мгновение. Затем тихим голосом произнес:
— Я знаю сынок. Я знаю, что и ты потерял ее тоже.

«Как думаешь, ей бы понравилась Хекс?»
— Да. — Тень улыбки появилась на его суровом лице. — Она встречала ее однажды, много лет назад, они прохладно отнеслись друг к другу, но если бы у них было время... они бы хорошо поладили. И черт, в ночь, как эта, мы могли бы иметь женскую поддержку.
«Тоже верно»,показал Джон, он уже представлял, как отправляется к Хекс.
По крайней мере, он мог догадаться, куда она могла пойти: назад к своему местечку на Реке Гудзон. Это было ее убежище, ее личное пространство. И когда он появится на пороге ее жилища, он мог только молиться, чтобы она не вышвырнула его, пнув ногой под зад.
Однако они должны были как-то решить эту проблему.

«Думаю, мне лучше пойти одному»,показал Джон.«Что-то мне подсказывает, это получится безобразно».
«Так же безобразно, как и все, что уже сделано», подумал он.
— Достаточно честно. Просто знай, что я здесь, если понадоблюсь.
«Разве не всегда все шло так, — подумал Джон, — когда они разошлись». Практически всегда, они словно знали друг друга на протяжении несколько веков, а не каких-то несколько лет. Опять же, Джон подумал о том, что все именно так и происходит, когда встречаешь родственную душу.
У тебя такое ощущение, словно был с нею вечно.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 09:47 | Сообщение # 22

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
Глава 10


Переводчики: Lover_mine, Stinky, helenamaxi, AlexandraRhage, Amelia, AnnaGvo, zarink
Вычитка: Айлайлесс, Светуська


— Я этим займусь.
Когда Но'Уан заговорила, группа додженов, к которой она бесшумно подобралась сзади, обернулась, словно перепуганная стая птиц, вся разом. В их скромной штатной комнате, среди собравшихся, присутствовали мужчины и женщины, каждый был одет в соответствии со своими обязанностями, будь то повар или горничная, пекарь или дворецкий. Она обнаружила их, когда вышла на прогулку и кем бы она была, не воспользовавшись случаем.
Тот, что главный среди них, Фритц Перлмуттер, выглядел так, будто готов был упасть в обморок. К тому же, он был додженом ее отца все те годы, и в частности боролся с ее добровольным определением себя в рабство.
— Моя прекрасная леди.
— Но'Уан. Теперь мое имя Но'Уан. Пожалуйста, обращайтесь ко мне именно так. И как я уже сказала, я собираюсь позаботиться о чистоте учебного центра.
Где бы это ни было.
Воистину, произошедшее вчера, с тем платьем, было своего рода благословением, занятием, которое занимало руки и позволяло сконцентрироваться так, что время пролетало незаметнее. Так же было и на Другой Стороне, ее ручной труд был единственной вещью, которая успокаивала ее и приносила смысл ее существованию.
Тем более, что она отклонилась от своей цели.
По правде говоря, Но'Уан прибыла сюда, чтобы служить Пэйн, которая этого не хотела. А так же в попытке наладить отношения со своей дочерью, но Хекс только прошла церемонию соединения, чтобы отвлекаться по житейским пустякам. А также Но'Уан прибыла сюда в поисках, своего рода, умиротворения только для того, чтобы сходить с ума от безделья, оказавшись здесь.
И это было до встречи с Торментом сегодня ранним утром.
Хотя, он забрал платье, по крайней мере. Она уже ушла оттуда, где повесила его как раз перед тем, как он грубо ответил на ее стук.
Вдруг она заметила, что дворецкий смотрит на нее выжидающе, как если бы он только что сказал что-то, что требовало ответа.
— Прошу, определите меня туда, — попросила она, — и ознакомьте с обязанностями.
Учитывая, насколько помрачнело его старое морщинистое лицо, Но'Уан поняла, что не этого ответа он ожидал.
— Госпожа...
— Но'Уан. И вы или кто-то из ваших сотрудников прямо сейчас можете показать мои обязанности.
Все собравшиеся выглядели обеспокоенными, словно только что подтвердились слухи о рухнувшем небе.
— Буду весьма признательна, — сказала она дворецкому. — За вашу помощь.
Ясно осознавая, что в этом ему победу не одержать, Глава додженов низко поклонился.
— Да, конечно, я покажу, госп... гм, Но... э-э-э...
Когда он не смог произнести ее имя, словно обращение «госпожа» застряло у него в горле, Но'Уан сжалилась над ним.
— Вы так любезны, — шепнула она. — А теперь ведите.
Отпустив остальных, он вывел ее из комнаты для персонала, провел через кухню в вестибюль к еще одной двери, которая оказалась для нее незнакомой. Пока они шли, Но'Уан вспоминала годы, когда была молодой, высокомерной девушкой из семьи, требующей, чтобы ей нарезали на кусочки пищу или причесывали волосы, или одевали ее. Вот такая вот испорченная девчонка. По крайней мере, сейчас она была никем и ничего не имела. Но'Уан точно знала, как осмысленно проводить часы — в работе. Работа была ключом.
— Мы проходим здесь, — произнес дворецкий, широко распахнув скрытую дверь под парадной лестницей. — Позвольте мне сообщить вам коды.
— Спасибо, — поблагодарила Но'Уан, запоминая их.
Следуя за додженом по длинному подземному туннелю, она подумала о том, что да, если она собирается остаться на Этой Стороне, ей необходимо хлопотать по хозяйству, даже если это оскорбит додженов, Братство, шеллан... Это лучше, чем находиться заключенной в темницу собственных мыслей.
Они вышли из туннеля, пройдя через шкаф и войдя в комнату со столом, металлическими шкафчиками и стеклянной дверью.
Доджен прочистил горло.
— Здесь расположены тренировочный центр и медицинская клиника. Есть классы, спортзал, раздевалка, тренажерный зал, кабинет физиотерапии и бассейн, а также много прочих удобств. У нас имеется персонал, занимающийся чисткой каждого помещения..., — это было сказано строго, словно Фритца не заботило, что Но'Уан являлась гостьей короля, словно она нарушила его распорядок, — ... но доджену, которая занималась прачечной, сейчас прописан постельный режим, так как она носит дитя и ей уже не безопасно оставаться на ногах. Прошу, проследуйте сюда.
Когда доджен открыл стеклянную дверь, они вышли в коридор и направились к помещению с двойными дверями, оказавшемуся оборудованным так же, как прачечная в главном здании, которой она воспользовалась накануне ночью. Следующие двадцать минут Но'Уан получала инструктаж о том, как работают устройства, а затем дворецкий ознакомил ее с имеющимися объектами, чтобы она знала, откуда забирать корзины с грязным бельем и куда возвращать чистое.
А затем, после напряженного молчания и напряженного прощания, она осталась в блаженном одиночестве.
Стоя в центре прачечной, в окружении стиральных машин, сушилок и столов, Но'Уан закрыла глаза и сделала глубокий вдох.
О, прекрасное одиночество. Груз обязанностей лег ей на плечи. Следующие шесть часов ей не о чем будет думать, кроме белых полотенец и простыней: найти их, загрузить в стиральные машины, сложить, вернуть на определенные места.
Здесь не было места для ее прошлого или сожалений. Лишь для работы.
Схватив тележку для белья, Но'Уан выкатила синий тряпичный контейнер в коридор и принялась за сбор белья, начав с клиники и вернувшись в прачечную, когда в тележке не осталось больше свободного места. Сделав первую загрузку глубокого барабана стиральной машины, она продолжила свое занятие, отправившись в раздевалку, где обнаружилась гора белого белья. Ей потребовались две ходки, чтобы забрать все те полотенца, а после Но'Уан сгрудила их в центре прачечной, рядом со стоком в сером бетонном полу.
Ее последняя остановка оказалась далеко от места, откуда она стартовала — через весь коридор до бассейна. Когда Но'Уан двинулась вперед, колеса бельевой тележки создавали тихий свистящий шум, ее шаги — неравномерный, шаркающий звук. Ее хватка на ручке тележки придавала дополнительную устойчивость и помогала двигаться быстрее.
Когда Но'Уан услышала музыку, доносящуюся из бассейна, она замедлилась, а затем и вовсе остановилась.
Звуки музыки и голосов приводили в замешательство, так как все члены Братства и их шеллан уже разошлись на ночь. Разве что кто-то просто оставил музыку, закончив времяпрепровождение в воде?
Продвигаясь через маленькую и широкую прихожую, облицованную мозаикой, изображающей атлетов, Но'Уан столкнулась со стеной тепла и влажности, тяжелой, как бархатный занавес. Повсюду в воздухе витал странный, химический запах, заставивший ее задаться вопросом, а не исходил ли он от воды. На Другой Стороне все всегда оставалось свежим и чистым, но Но'Уан знала, что на земле будет иначе.
Оставив корзину в прихожей, она направилась к огромному, пещерообразному пространству. Оказавшись там, Но'Уан прикоснулась к теплой плитке на стене, проведя пальцами по голубым небесам и зеленым полям, но избегая прикосновений к мужчинам в набедренных повязках, стреляющих из луков, фехтующих и находящихся в позах для бега.
Но'Уан любила воду. Ее подъемная сила ослабляла боль в ее поврежденной ноге, придавая кратковременное ощущение свободы...
— О... мой..., — ахнула она, завернув за угол.
Бассейн оказался в четыре раза больше купальни на Другой Стороне, а вода — мерцающей, бледно-голубой — вероятно, из-за плитки, что покрывала глубокое дно. Черные линии пролегали вдоль бассейна, разделяя его на дорожки, а на каменном краю находились числа, обозначающие глубину. Над бассейном простирался куполообразный, мозаичный потолок, вдоль стен стояли скамейки, обеспечивающие сидячие места. Эхом вокруг раздавалась громкая, но не слишком, музыка, а скорбная мелодия создавала приятный резонанс.
Учитывая, что Но'Уан находилась тут одна, она не устояла перед желанием подойти и босой ногой попробовать температуру воды.
Заманчиво. О как заманчиво.
Но вместо этого Но'Уан снова сосредоточилась на своих обязанностях, вернувшись к тележке и подкатив ее к большой плетеной корзине, переместив вес своего тела, чтобы поднять мокрый махровый халат.
Повернувшись, чтобы уйти, она остановилась и снова глянула на воду.
Для досрочного окончания стирки способа не было. Оставалось еще, по крайней мере, минут сорок пять, в соответствие с тем, что показывала машина.
Она сверилась с часами, висевшими у потолка.
«Может, всего каких-то несколько минут в бассейне», решила она. Это поможет облегчить боль в нижней части тела, и к тому же она ничего не могла сделать для обеспечения себя работой на ближайшее время.
Схватив одно чистое, сложенное полотенце, Но'Уан дважды проверила прихожую. Затем прошла дальше и выглянула в коридор.
Никого. Самое время сделать это: персонал сосредоточен на уборке второго этажа особняка, так как должен выполнить эту работу между Первой и Последней Трапезами. Никто не получал лечения в клинике, по крайней мере, в настоящий момент.
Она должна была сделать это быстро.
Прихрамывая, Но'Уан подошла к краю бассейна, расстегнула свое одеяние, опустила капюшон и сняла облегающее платье. После минутного колебания, стянула и нижнюю сорочку. Но'Уан должна была бы принести сюда вторую, если хотела сделать это снова. Лучше оставаться скромной.
Аккуратно сложив свои вещи, она решительно посмотрела на пересекающий икру шрам, образуя уродливую карту рельефа из гор и равнин на ее плоти. Когда-то нога работала идеально и была столь же красива, как могли нарисовать многие художники. Теперь же она являлась символом того, кем и чем была Но'Уан, напоминанием грехопадения, которое делало из нее низшую личность... и, временами, это было неплохо.
К счастью у лестницы оказались хромированные перила, за которые она ухватилась для равновесия, когда медленно спускалась в теплую воду. На спуске, Но'Уан подняла свою косу и закрепила ее тяжелую длину на макушке, заправив свободный конец так, чтобы прическа держалась на месте.
А затем... она скользнула в воду.
Закрыв в блаженстве глаза, она отдала себя невесомости; вода волнами окутала ее плоть, ее тело погрузилось в мирное пространство бассейна. Доплыв до середины, Но'Уан отбросила ранее принятое решение не мочить волосы и перевернулась на спину, скользя руками круговыми движениями, чтобы удержать себя на поверхности.
На краткое мгновение, она позволила себе что-то почувствовать, отворяя дверь своим ощущениям.
И это было... хорошо.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 09:52 | Сообщение # 23

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
* * * * *


Оставленный в особняке на ночь, Тор оказался вне списка патрулирования, застряв в своем похмелье: трижды дерьмовое настроение, в котором он когда-либо находился.
Хорошая новость в том, что большинство обитателей особняка разошлись или занимались своими делами, поэтому ему не придется поганить настроение кому-либо еще.
На этой ноте, Тор отправился в тренировочный центр, одетый лишь в одни плавки. Зная, что похмелье сопровождается обезвоживанием, он не только решил пойти в бассейн и погрузить себя в воду... но и прихватить с собой немного жидкого восстановителя. Для здоровья.
Что он там с собой прихватил? О, отлично, водка. Ему нравилась ее неразбавленность, и эй, разве она не выглядела, как вода.
Остановившись в туннеле, он открутил пробку
Гуза Ви, и сделал глоток...
Блядь. Тор никогда не забудет звук тяжелых ботинок Джона, ударяющихся об пол, как какой-то унылый перезвон колоколов. Как и палец парня, тыкающий ему в морду.
Время для еще одного глотка... и эй, как насчет следующего.
Возобновив движение, которое, вероятно, смахивало на корабельную вечеринку при качке, Тор осознал, что превратился в ходячего мертвяка. Время от времени он видел своих братьев в таком состоянии, раскачивающихся из стороны в сторону с поникшей, кружащейся головой, с мрачным настроем, и с бутылкой сногсшибательного пойла в руках. Еще до Велси он никогда таким не был, и искренне не понимал почему.
А сейчас? Понятное дело.
Ты делал все необходимое, чтобы проживать эти часы. А ночи, когда не мог выйти и драться, оказывались еще хуже, если, конечно, ты не проводил всю светлую часть дня в нетранспортабельном виде. Нет зрелища жальче.
Выйдя из кабинета и направившись в сторону бассейна, Тор был рад, что не надо нацеплять фальшивое выражение лица или следить за словами, или себя успокаивать.
Распахнув дверь в раздевалку бассейна, кровяное давление понизилось, когда его накрыла теплая, приветствующая волна влажности. Из стерео системы воздух наполнялся звуками U2, эхом разносясь вокруг
«The Joshua Tree» композицией.
Сначала Тор уловил что-то в мелководной части бассейна. И, быть может, если бы он не осушил ликерчик, возможно, сложил два и два прежде, чем...
Подплыв к центру бассейна, на поверхности воды находилась женщина: ее обнаженная грудь блестела в воде, соски напряглись от теплого воздуха, голова откинута назад.
— Твою мать.
Трудно сказать, что произвело больше шума: его «твою мать» восклицание или шмякнувшаяся бутылка Гуза о плитку пола... или всплеск в центре бассейна, когда подняв брызги, резко подскочила Но'Уан, прикрывая себя и пытаясь удержать голову над водой.
Тор отвернулся, зарывая глаза руками...
Разворачиваясь, разбитое стекло полоснуло по босой ступне, и боль вывела его из равновесия — не то, чтобы ему требовалась с этим помощь, благодаря водке. Вытянув руки, Тор приземлился на плиточный пол и распорол ладонь правой руки.
— Гребаный ад, — завопил он, отталкиваясь от осколков.
Когда Тор перекатился на спину, Но'Уан выскочила из воды, схватила свое одеяние и накинула его на свою обнаженную плоть. Длинная коса свободно покачивалась, когда она рывком натянула капюшон.
С еще одним проклятием Тор поднял ладонь, чтобы осмотреть рану. Отлично. Прямо в центре ладони: два дюйма длиной и пару миллиметров глубиной.
Только Бог знал, что там сейчас было с его ногой.
— Я не знал что ты здесь, — сказал он, не поднимая на нее глаз. — Извини.
Краем глаза он видел, как приближается Но'Уан. Ее босые ноги проглядывали из-под подола одеяния.
— Не подходи ближе, — рявкнул он. — Здесь повсюду осколки.
— Я сейчас вернусь.
— Хорошо, — пробормотал он, подняв ногу для беглого осмотра.
Потрясающе. Рана оказалась длинной, глубокой, и сильно кровоточащей. И в ней по-прежнему находился осколок бутылки.
С рычанием Тор схватился за маленький треугольник стекла и выдернул его. Кровь на осколке оказалась красной, как румянец, и он повертел его из стороны в сторону, наблюдая за игрой света.
— Подумываешь заняться хирургией?
Тор оглянулся на Мэнни Манелло, доктора медицинских наук, человеческого хирурга и хеллрена близняшки Ви. Парень приперся с аптечкой и я-правлю-миром позицией.
Да что такое с этими хирургами? Воины из них никакие. Как и короли.
Человек присел на корточки рядом с ним.
— Ты истекаешь кровью.
— Да ну, нахуй.
Стоило ему задуматься над тем, где Но'Уан, как женщина появилась с метлой, мусорным ведром на колесиках и совком. Не глядя ни на него ни на человека, она начала осторожно подметать.
Ну, хоть обувь надела.
Господи Иисусе... она, мать твою, была голой.
Пока Манелло осматривал его поврежденную руку, а затем вводил анестезию и начал зашивать, Тор краем глаза наблюдал за женщиной... избегая прямого взгляда. Особенно, после того, как...
Иисусе... она, мать твою, реально была голой...
О’кей, пора менять тему.
Сфокусировав внимание на ее хромоте, он отметил, что она была чертовски сильной, и задался вопросом, не повредила ли она себе чего в такой спешке, выбираясь из бассейна и одеваясь.
Он видел ее в отчаянии прежде. Но только однажды...
Это было той ночью, когда они вызволили ее от того симпата.
Он убил ублюдка, выстрелив ее похитителю прямо в голову, заставив рухнуть как камень. Потом они с Дариусом усадили ее в карету и отправились обратно к дому ее семьи. В этом состоял план — вернуть ее им. Отвести девушку к ее кровной родне. Передать ее тем, кто по всем правилам обязаны были помочь ей исцелиться.
Только вот, когда они оказались недалеко от того величественного особняка, она на ходу выпрыгнула из кареты. И Тор никогда не забудет ее образ в белой ночной рубашке, бегущей по полю так, словно за ней гонятся черти, хотя с ее пленением было покончено.
Она знала, что была беременна. Именно поэтому и соскочила.
Тогда она тоже хромала.
Это оказалась ее единственная попытка побега. Ну, до рождения ребенка и той попытки, которая ей удалась.
Боже... он был таим взвинченным рядом с ней в течение тех месяцев, что они вместе провели у Дариуса. Несмотря на возраст у Тора был нулевой опыт с женщинами. Да, конечно, он рос в их окружении, пока находился с мамэн, но это происходило в те времена, когда он еще был претрансом. Как только Тор прошел изменение, его оторвали от дома и бросили в плыви-или-утони яму тренировочного лагеря Бладлеттера, где он был слишком занят, пытаясь остаться в живых, чтобы беспокоиться еще и о шлюхах.
В то время он даже не видел Велси. Обещание того, что она будет предназначена ему, мать Тора взяла на себя, когда ему исполнилось двадцать пять, а Велси еще даже не родилась...
Дернувшись, Тор зашипел и Манелло поднял взгляд от иглы с нитью.
— Извини. Вкатить еще лидокаинчику ?
— Я в порядке.
Капюшон Но'Уан упал, когда она резко обернулась. Спустя мгновение, она снова продолжила работу метлой.
Может, это все алкоголь ударивший в голову, но внезапно Тор отбросил в сторону все предлоги и позволил себе открыто смотреть на женщину, пока добрый доктор заканчивал с его ладонью.
— Знаешь, я собираюсь настоять на костыле, — пробормотал Манелло.
— Если скажите, что вам нужно, — тихо произнесла Но'Уан, — я принесу это сюда.
— Отлично. Отправляйся в комнату с инвентарем в дальнем конце спортзала. В кабинете физиотерапии ты найдешь...
Когда парень дал ей инструкции, Но'Уан кивнула, ее капюшон колыхнулся вверх и вниз. По какой-то причине, Тор пытался представить ее лицо, но оно оказалось неясным. Он не видел ее столетиями — сегодняшняя кратковременная вспышка не в счет, так как Тор видел ее на расстоянии. А когда она открылась перед Хекс и ним в день церемонии соединения, Тор был слишком потрясен, чтобы обратить на это внимание.
Но'Уан была блондинкой, он это помнил. И она всегда любила находиться в тени — или, по крайней мере, так происходило в хижине Дариуса. Но'Уан и тогда не хотела, чтобы на нее смотрели.
— Ну вот, все путем, — сказал Манелло, осматривая свою работу. — Позволь перевязать и заняться следующим повреждением.
Но'Уан вернулась, когда хирург завязывал концы бинта.
— Можешь наблюдать, если желаешь.
Тор нахмурился, пока до него не доперло, что Манелло обращался к Но'Уан. Женщина попятилась, и если бы Тор мог увидеть ее лицо под капюшоном, то с уверенностью мог сказать, что она волновалась.
— Только одно предупреждение. — Манелло наклонился вниз. — Эта рана хуже, чем на руке... но ладонь намного важнее, потому что он боец.
Когда Но'Уан заколебалась, Тор пожал плечами.
— Можешь наблюдать если угодно, и если это выдержит твой желудок.
Она обошла и встала за доктором, скрестив руки в рукавах своего одеяния так, что стала похожа на, своего рода, религиозную статую. За исключением того, что Но'Уан была очень даже живой. Когда Тор поморщился от введения иглы с анестезией, она, казалось, глубже зарылась в свое одеяние.
Словно то, что он испытывает боль, волновало ее.
Тор перевел взгляд ненадолго.
— О'кей, ты справился, — произнес Манелло некоторое время спустя. — И прежде чем ты спросишь, отвечу «да, вероятно». Учитывая насколько вы, ребята, быстро исцеляетесь, будешь как огурчик уже завтра ночью. Да ради бога, вы как машины: получаете вмятину, отправляетесь в сервис, и следующее, что осознаете — вы уже опять в пути. Люди чертовски долго восстанавливаются после таких травм.
Угу, верно. Тор был не совсем готов превратиться в Додж Рэм. Истощение, окружавшее его, означало, что ему необходимо кормиться, и что эти относительно небольшие травмы потребуют больше времени на восстановление.
Помимо одного кормления от Селены, Тор не брал вену с тех пор, как...
Нет. Не туда. Не надо открывать эту дверь.
— Не наступай на эту ногу, — приказал хирург, когда сдернул перчатки. — По крайней мере, до рассвета. И не плавай.
— Без проблем. — Особенно касаемо последнего пункта. После того, кого он увидел плавающим в центре этой гребаной штуковины, он, возможно, больше никогда не залезет в бассейн. В любой бассейн, если уж на то пошло.
Единственное, что спасло его от того, чтобы не ломануться к ней, устроив глобальный беспорядок — это то, что с его стороны не было никакого сексуального влечения к Но'Уан. Да, Тор был шокирован, но это не означало, что он хотел... ну, знаете, засадить ей или подобное дерьмо.
— Один вопрос, — сказал доктор, поднявшись и протянув ему руку.
Тор принял ладонь и немного подивился тому, что прочно встал на ноги.
— Какой.
— Как это случилось?
Тор оглянулся на Но'Уан, которая отвернулась так резко, что все ее тело развернулось в противоположную сторону.
— Бутылка выскользнула из руки, — пробормотал Тор.
— А, ну да, бывает.
Уверенный тон показал, что парень ни на йоту не поверил выдумке.
— Позовешь меня, если понадоблюсь. Остаток ночи я проведу внизу в клинике.
— Спасибо, мужик.
— Ага.
А затем... они с Но'Уан остались наедине.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 09:54 | Сообщение # 24

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
Глава 11


Переводчики: Stinky, Lover_mine, AlexandraRhage, zarink
Вычитка: Айлайлесс, Светуська


Смотря вслед целителю, Но'Уан обнаружила, что желает отойти от Тормента. Казалось, словно в отсутствие кого-то еще, он внезапно стал ближе. И намного, намного больше.
В повисшей тишине, она чувствовала, что они должны поговорить, но ее разум как затуманился. Унижение не перекрыло это, и какой-то инстинкт подсказывал Но'Уан, что если она сможет найти оправдание хотя бы для себя, то быть может это чувство пройдет.
В то же время, казалось, что он физически занимает слишком много пространства, чтобы чувствовать себя в полне комфортно. Тор был таким высоким — дюймы и дюймы, на целый фут выше ее — и его тело не было таким утонченным, как ее. Хотя он и стал худее, чем прежде, и намного легче его Братьев, Тор по-прежнему оставался широким в плечах и более мускулистым, чем любой мужчина из глимеры...
«Где мой язык?» подумала Но'Уан.
И даже задаваясь этим вопросом, все, на что она была способна — это пялиться на ширину плеч и массивные контуры твердой груди, и эти длинные, мускулистые руки. Хотя, это происходило не потому, что Но'Уан считала Тора привлекательным; она внезапно испугалась всей этой физической мощи...
Тормент отошел от нее, его лицо выражало отвращение:
— Не смотри на меня так.
Встряхнувшись, Но'Уан напомнила себе, что этот мужчина ее освободитель. Он никогда не причинял ей боли. И не причинит.
— Прошу прощения...
— Послушай, давай-ка все проясним. Я не заинтересован в тебе и не знаю, какую игру ты затеяла...
— Игру?
Он вытянул свою мощную руку, указав на бассейн.
— Лежа в ожидании, что я окажусь там...
Но'Уан отпрянула.
— Что? Я не ждала ни тебя, ни кого-либо еще...
— Ага, как же...
— Я сначала проверила, чтобы убедиться, что нахожусь одна...
— Ты была голая и плавала там, как какая-то шлюха...
— Шлюха?
Их голоса рикошетили, как пули, пересекая пути, когда Тор и Но'Уан перебивали друг друга.
Тормент упер руки в бедра.
— Зачем ты явилась сюда?
— Я работаю прачкой...
— Не в тренировочный центр... а в этот проклятый особняк.
— Я хотела увидеть дочь...
— Тогда почему ты не проводишь с ней время?
— Она лишь недавно прошла церемонию соединения! Я пытаюсь быть полезной...
— Да, знаю. Только не для нее.
От грубости в низком голосе Тора ей захотелось сбежать, но его несправедливость разозлила Но'Уан.
— У меня не было возможности узнать, что вы войдете сюда. Я думала, что все разошлись на ночь...
Тормент сократил расстояние между ними.
— Говорю первый и последний раз. Здесь для тебя ничего нет. Мужчины в этом доме связаны со своими шеллан, Куин не заинтересован в тебе, как и я. Если ты явилась на Эту Сторону в поисках хеллрена или любовника, считай тебе не повезло...
— Я не желаю мужчину! — Ее крик заставил Тора замолчать, но этого оказалось недостаточно. — Говорю первый и последний раз... Я скорей бы убила себя прежде, чем допустить хоть еще одного мужчину к своему телу. Я знаю, почему ты ненавидишь меня, и уважаю твои причины, но я не хочу ни тебя, ни кого-либо из вашего рода. Никогда.
— Тогда как насчет того, чтобы сохранять свою чертову одежду на себе.
Но'Уан ударила бы его, если бы смогла дотянуться так высоко. Ее ладонь начала покалывать.
Но она не стала стирать это ужасающее выражение с его лица силой. Подняв подбородок, Но'Уан произнесла со всем достоинством, на которое только была способна:
— На случай, если вы забыли, что со мной сделал последний мужчина, могу вас заверить, что никоим образом этого не желаю. Хотите верьте, а хотите — нет, я ничего не затевала... и ничего не хочу.
Хромая, проходя мимо Тора, Но'Уан желала, чтобы ее нога была здоровой, как прежде: гордость гораздо лучше выражалась походкой.
Оказавшись в прихожей, Но'Уан оглянулась. Тор не повернулся, поэтому она адресовала речь его плечам... и вырезанному на его коже имени шеллан.
— Я никогда более не окажусь у этой воды. Хоть одетой, хоть раздетой.
Ковыляя к двери, Но'Уан дрожала с головы до ног, и это не из-за того, что она ощутила холодный воздух, выйдя в коридор, а из-за осознания, что оставила там мусорное ведро, инструменты для уборки и свою нижнюю сорочку.
Она точно не собиралась возвращаться за всем этим.
Оказавшись в прачечной, Но'Уан заперлась изнутри и прислонилась к стене у дверей.
Внезапно она почувствовала, что задыхается, и сорвала капюшон с головы. И действительно, ее тело оказалось горячим, и не из-за толстого слоя одежды, что она носила. Внутренний пожар распространялся по всему телу сжигая внутренности, а исходящий от этого пламени жаркий дымок наполнял легкие, вытесняя кислород.
Выходит, нет ни единого сходства с мужчиной, которого Но'Уан знала когда-то в Старом Свете, и тем, которого видела сейчас. Первый был неуклюжим, но ни разу не проявлял неуважения, оставался доброй, нежной душой, которая, так или иначе, преуспевала в своих жестоких стремлениях во время сражений... сохраняя при этом сострадание.
Нынешняя версия этого мужчины являлась лишь озлобленной оболочкой.
И рассчитывать, что взяв то платье для приведения его в порядок принесет хоть какую-то пользу?
Ей лучше вернуться в особняк, пока она еще в здравом уме.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 09:56 | Сообщение # 25

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
* * * * *


После ухода разъяренной Но'Уан, Тор решил что, за исключением того факта, что Джон Мэтью не вынудил его связать себя по рукам и ногам, похоже у него с парнем было много общего. Вежливость в их характерах, особенно сейчас, когда они напялили на себя костюм Капитана Засранца — исключалась, и без всякой дополнительной платы сюда еще прилагались плащ позора, ботинки стыда и ключи от Уёбабиля.
Господи, что за хрень он там нанес?

«На случай, если вы забыли, что со мной сделал последний мужчина, могу вас заверить, что никоим образом этого не желаю».
Со стоном, Тор ущипнул переносицу. Почему ему хоть на секунду не могло прийти в голову, что женщина может не испытывать никакого сексуального интереса к мужчине?
— Потому что, кажется, она привлекает тебя, и это пугает.
Тор закрыл глаза.
— Не сейчас, Лэсситер.
Естественно, падший ангел не обратил никакого внимания на его словесное: «ЛЕНТА ПОЛИЦЕЙСКОГО ОТЦЕПЛЕНИЯ — НЕ ПЕРЕСЕКАТЬ». Кретин с бело-черными волосами подошел и уселся на одну из скамеек, упершись локтями в колени, обтянутые кожаными штанами; его странные белые глаза были спокойными и серьезными.
— Настало время нам кое о чем поговорить.
— О моих социальных навыках? — Тор покачал головой. — Не обижайся, но я предпочел бы выслушивать советы от Рэйджа... а это уже о чем-то, да говорит.
— Ты когда-нибудь слышал о месте под названием «Где-то Между»?
Тор неуклюже повернулся на здоровой ноге.
— Я не заинтересован в уроке по классу деления миров. Спасибо.
— Это еще какое реальное место.
— Как и Кливленд. Детройт. Прекрасный городок Бербанк . — В шестидесятых Тор был фанатом программы «Laugh-In », поэтому ерничал. — Но нет необходимости мне о них знать.
— Там находится Велси.
Сердце Тора замерло в груди.
— Что к чертям ты там несешь?
— Она не в Забвении.
Так. Ладно. Вероятно, он должен был выдавить еще одно «О чем, мать твою, к чертям ты несешь?», но вместо этого мог лишь пялиться на парня.
— Она находится не там, где ты думаешь, — проговорил ангел.
У него пересохло во рту, но он выдавил из себя:
— Ты говоришь, что она в аду? Потому что это — единственная альтернатива.
— Нет, не единственная.
Тор сделал глубокий вдох.
— Моя шеллан была достойной женщиной, и сейчас она находится в Забвении. Нет причин считать, что она в Дхунде. Что касается меня, то сегодня ночью я вцепляюсь людям в глотки, поэтому собираюсь выйти через эту дверь. — Он указал в сторону раздевалки бассейна. — А ты оставишь меня в покое, потому что я сейчас не в настроении для всего этого.
Развернувшись, Тор начал ковылять к двери, используя тот единственный костыль, который принесла Но'Уан.
— Ты так чертовски уверен в том, о чем ни хуя не имеешь понятия.
Тор остановился. Снова закрыл глаза, молитвой взывая к эмоции, какой угодно, кроме желания убивать.
Не повезло.
Он оглянулся через плечо.
— Ты же ангел, поэтому должен проявлять сострадание. Я только что обозвал женщину, которую насиловали, пока она не забеременела, шлюхой. Ты и правда думаешь, что я могу справиться с напоминанием о том, где находится сейчас моя шеллан?
— В загробной жизни существуют три места: «Забвение», где воссоединяются любимые; «Дхунд», куда отправляются грешники; и «Где-то Между»...
— Ты слышал, что я только что сказал?
— ...где застревают души. Оно не похоже на два остальных...
— Какая тебе разница?
— ...потому что это место отличимо от них. Сейчас твои шеллан и ребенок застряли там из-за тебя. Вот почему я пришел. Я здесь, чтобы помочь тебе, помочь им добраться в то место, которому они принадлежат.
«Черт, отличное время, чтобы повредить чертову ногу», подумал Тор, так как внезапно вообще перестал ощущать равновесие. Или же тренировочный центр начал вращаться вокруг оси дома.
— Не понимаю, — прошептал он.
— Ты должен двигаться дальше, друг мой. Прекрати держаться за нее, и тогда она сможет уйти...
— Чистилища не существует, если это то, что ты подразумеваешь...
— Откуда, черт возьми, ты думаешь я пришел?
Тор вздернул бровь.
— Ты действительно хочешь, чтобы я на это ответил?
— Без шуток. Я вполне серьезен.
— Нет, ты лжешь...
— Ты когда-нибудь задумывался, как я нашел тебя в том лесу? Почему я застрял здесь? Ты хоть на минуту задумывался, почему я трачу на тебя свое время? Твои шеллан и сын оказались в ловушке, и меня отправили сюда, чтобы освободить их.
— Сын? — выдохнул Тор.
— Да, она носила в утробе маленького мальчика.
От этой новости ноги Тора подогнулись. К счастью ангел рванул вперед и успел подхватить его прежде, чем Брат себе что-нибудь сломал.
— Давай сюда. — Лэсситер направил Тора в сторону скамьи. — Сядь и зажми голову между коленей. Цвет лица у тебя ни к черту.
На этот раз Тор не стал спорить. Он позволил усадить свою задницу и отдался заботе ангела. Когда Тор открыл рот и попытался вдохнуть, он отметил без особой на то причины, что плитка на полу не была сплошного цвета морской волны, а имела разноцветные пятнышки: белые, серые и темно-синие.
Когда большая ладонь начала выписывать круги по его спине, Тор странным образом успокоился.
— Сын... — Тор приподнял голову и провел ладонью по лицу. — Я так хотел сына.
— Как и она.
Он резко поднял голову.
— Она никогда мне не говорила об этом.
— Велси молчала, потому что не хотела, чтобы ты раздувал грудь колесом, от наличия двух мужиков в доме.
Тор рассмеялся или, возможно, это были рыдания.
— Она бы точно так же сказала.
— Да.
— И так ты видел ее.
— Да. И у нее не все в порядке, Тор.
Внезапно, он почувствовал себя так, словно...
— Меня сейчас вывернет. — И это было бы лучше, чем плач. — Чистилище?
— «Где-то Между». И есть причина, по которой никто не знает о нем. Умерев, ты отправляешься в Забвение... или Дхунд, и твои воспоминания о месте предыдущего пребывания забыты, плохие воспоминания — стерты. А если твой проход закрывается, ты застреваешь навечно, поэтому не похоже, что ты можешь отправить какое-нибудь послание на большую землю.
— Я не понимаю... она жила праведной жизнью. Велси была достойной, слишком рано умершей женщиной. Почему она не попала в Забвение?
— Ты слышал, что я сказал? Из-за тебя.
— Меня? — Он вскинул руки вверх. — Какого хрена я сделал не так? Я живу и дышу, я не покончил с собой и не собираюсь...
— Ты не отпускаешь ее. Не отрицай. Да ладно, взгляни на то, что ты только что сделал Но'Уан. Ты вошел, когда она была обнажена, и всю вину свалил на нее, поимел ее мозг, думая, что она добивалась тебя с видом горячая-и-сексуально-озабоченная-штучка.
— А что если я не хочу смотреть на это с вожделением? — Тор нахмурился. — И вообще, как, черт возьми, ты узнал, что только что произошло?
— Ты же не думаешь, что находишься один? И проблема не в Но'Уан, она в тебе. Ты не хочешь, чтобы тебя влекло к этой женщине.
— Меня не влечет к ней. Нет же.
— Да все нормально, если даже и влечет. Дело в том...
Тор протянул руки, схватил ангела за грудки и сдвинул их головы вместе.
— Скажу тебе две вещи. Я не верю в то, что ты мне только что сейчас тут наплел, и знаешь, лучше тебе заткнуть свой поганый рот и прекратить говорить о моей паре.
Когда Тор оттолкнул его и поднялся на ноги, Лэсситер выругался.
— У тебя нет вечности для этого дела, приятель.
— Держись подальше от моей комнаты.
— Ты готов оставить ее там навечно из-за своего гнева? Неужели ты такой эгоист?
Тор оглянулся через плечо... вот только сукина сына уже след простыл. На скамье, где только что протирал свой зад ангел, не осталось ничего, кроме воздуха. А с ним трудно поспорить.
— Чтоб тебя. Гребаный псих.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:00 | Сообщение # 26

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
Глава 12


Переводчики: Stinky, Lover_mine, helenamaxi, AlexandraRhage
Вычитка: Stinky, Светуська


Войдя в «Железную Маску», Хекс почувствовала себя, словно переместилась назад во времени. На протяжении многих лет, она работала в подобных заведениях, вышибая из клуба разных придурков, как эти, все время держа глаза открытыми, чтобы пресечь неприятности... как этот небольшой узелок напряжения, образовавшийся спереди.
Прямо перед ней в боевую стойку друг напротив друга встали два парня — два этаких готических быка в ботинках «Нью Рокс». В стороне, сверкая откровенным декольте, стояла цыпочка с черно-белыми волосами. Идиотка была облачена в черные кожаные ремни и выглядела чертовски довольной собой.
Хекс хотелось оторвать ей голову и послать ее по почте, от одного только вида такого самолюбия.
Однако, реальная проблема заключалась не в этой тупице, а в двух кусках мяса, строивших из себя друг для друга Дэйна Уайта . Напряг состоял скорее не в том, что они набьют друг другу ебальники, а в двух сотнях людей, которые на это отреагируют. Мужские тела, летающие в двенадцати различных направлениях, могли сбить многих прохожих на задницы, а кому это надо?
Хекс уже собиралась вмешаться, но ей пришлось напомнить себе, что это больше не ее дело. Она уже не отвечает за этих ублюдков, их либидо, ревность, сделки с наркотиками, и их сексуальные подвиги...
И-и-и-и, так или иначе, об этом здесь мог позаботиться Трез «Латимер».
Люди в толпе принимали мавра за одного из своих, только больше и агрессивнее. Однако, Хекс знала правду. Тень был намного опаснее, чем кто-либо из хомо сапиенс мог себе даже представить. Если бы он захотел, то в мгновение ока повырывал бы им глотки... а затем насадил бы трупы на вертел, поджаривал бы их там пару часиков, а заем подал на обед с початком кукурузы и пакетиком чипсов.
У Теней был уникальный способ избавляться от своих врагов.
Кому таблетки от изжоги?
Так как не малые размеры Треза производили должное впечатление, динамика сцены изменилась в мгновении ока. Тупая цыпочка бросила всего один взгляд в его сторону и, казалось, позабыла имена тех двух заведенных ею парней. А тем временем, оба пьяных мужлана малость уже подостыли, отступая и переоценивая ситуацию.
Хороший план, ведь ребята оказались лишь в секунде от того, чтобы Трез самостоятельно пересмотрел эту ситуацию за них.
Глаза Треза встретились с глазами Хекс лишь на удар сердца, а затем он сосредоточился на троих участниках заварушки. Когда женщина попыталась бочком протиснуться мимо него, сверкая глазами и грудью в ткане-паутине, она сделала все возможное, чтобы у всех появилось желание перейти от бифштекса к вегетарианству. Трез испытывал неприкрытое отвращение.
За грохотом музыки Хекс уловила лишь обрывки слов, но с легкостью могла представить сценарий этого разговора: «Не будьте задницей. Сваливайте отсюда подобру-поздорову. Это первое и последнее вам предупреждение, прежде чем вы станете персоной нон-грата».
А в конце всего этого, Трез практически отрывал эту гарпию от себя, так как девушка каким-то образом умудрилась вцепиться в его руку.
Избавившись от нее он со словами «Да ты наверное шутишь», подошел к Хекс.
— Ну, здравствуй.
Естественно, его ленивая, сексуальная улыбка была проблемой. И глубокий голос не помог. Как и тело.
— Привет. — Она вынудила себя улыбнуться в ответ. — Снова проблемы с женщинами?
— Как всегда. — Он оглянулся. — Где твой мужчина?
— Не здесь.
— А-а-а. — Пауза. — Как ты?
— Не знаю, Трез. Не знаю, почему я здесь. Я просто...
Потянувшись, он обнял ее тяжелой ручищей за плечи и притянул к себе. Боже, Трез пах, как и раньше: сочетанием
«Gucci Pour Homme» и чем-то, свойственным только ему.
— Давай, девонька, — пробормотал он. — Пойдем-ка в мой офис.
— Не называй меня «девонькой».
— Ладно. Как насчет «недотрога».
Хекс обняла его за талию и прижалась головой к груди, когда они двинулись в офис.
— Тебе нравится, где сейчас находятся твои яйца?
— Ага. Хотя мне не нравится, как ты выглядишь. Предпочитаю тебя дерзкой и обозленной.
— Я тоже, Трез. Я тоже...
— Так что, мы остановились на «недотроге»? Или я должен применить тяжелую артиллерию? А то смотри, стану называть тебя «лапонькой», если потребуется.
В задней части клуба, рядом с раздевалкой, где «танцовщицы» переодевались из своей уличной одежды в рабочую, располагался офис Треза, на двери которого висел массивный замок. Внутри находился черный кожаный диван, большой металлический стол, свинцовый сундук, прикрученный к полу. Вот, пожалуй, и все. Ну, за исключением заказов, квитанций, телефонных сообщений, ноутбуков...
Хекс чувствовала себя так, словно прошел уже миллион лет с тех пор, как она в последний раз здесь бывала.
— Думаю, АйЭма здесь еще нет, — констатировала она, кивнув на беспорядок на столе. Близнец Треза ни за что не допустил бы такого.
— Он до полуночи занимается готовкой в «У Сэла».
— Гляди-ка, все по-прежнему.
— Если ничего не происходит...
Оказавшись в офисе, когда Трез разместился на своем троноподобном кресле, а Хекс — на диване — она почувствовала боль в груди.
— Поговори со мной, — сказал Трез, с потемневшим от серьезности лицом.
Закинув ногу на ногу и подперев голову рукой, Хекс завозилась со шнурком на своем ботинке.
— Что если я скажу тебе, что хотела бы вернуться к своей прежней работе?
Периферийным зрением она увидела, как Трез немного напрягся.
— Я думал, ты работаешь вместе с Братством.
— Работала.
— Роф испытывает затруднение из-за женщины на поле боя?
— Все дело в Джоне. — Когда Трез чертыхнулся, она тяжело вздохнула. — И поскольку я его шеллан, то его слово закон.
— Он серьезно посмотрел тебе в глаза и...
— О, и даже хуже. — Когда низкий угрожающий рык заполнил пространство, Хекс махнула рукой. — Да нет, никакого насилия. Но аргумент... аргументы не показались мне вечеринкой.
Трез откинулся в своем кресле, барабаня пальцами по поверхности стола перед собой и сверля ее взглядом.
— Конечно же ты можешь вернуться... ты же меня знаешь. Я не связан никакими вампирскими понятиями о приличии... и вашим матриальхальным обществом, поэтому, никогда не понимал женоненавистничество Древних Законов. Однако, я обеспокоен за вас с Джоном.
— Мы над этим поработаем. — Как? Кто бы знал, но Хекс не позволила своему страху проявиться в следующих словах. — Мне просто не выносимо сидеть в том доме, ничего не делая. Даже видеть их всех не могу. Дерьмо, Трез, я должна была знать, что вся эта фигня с церемонией соединения — дерьмовая затея. Я для этого просто не создана.
— Звучит так, словно ты не единственная заноза в заднице. Хотя мне понятно, почему Джон так поступает. Если бы с АйЭмом что-то случилось, я бы свихнулся... поэтому плохая идея нам с ним драться бок обок.
— Тем не менее, вы так и делаете.
— Да, потому что идиоты. Но не похоже, чтобы мы каждую ночь выходили искать неприятности. Мы заняты офисной волокитой, и только если кто-то нас обнаруживает, мы об этом заботимся. — Трез выдвинул ящичек стола и бросил Хекс связку ключей. — Дальше по коридору остался пустующий офис. Если тот детектив из отдела по расследованию убийств снова начнет осведомляться о Крисси и ее покойном бой-френде, с этим мы разберемся, если потребуется. Я снова внесу тебя в табель заработной платы. Самое время... для помощи в организации вышибал. Но, если серьезно, нет никаких долгосрочных обязательств. Ты можешь уйти, когда пожелаешь.
— Спасибо, Трез.
Они уставились друг на друга через стол.
— Все будет в порядке, — сказал Тень.
— Ты так в этом уверен.
— На все сто.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:01 | Сообщение # 27

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
* * * * *


Кор стоял с подветренной стороны тату-салона в полутора кварталах от «Железной Маски». Красное, желтое и голубое сияние неоновой вывески попадало в глаза и действовало ему на нервы.
Тро и Зайфер исчезли внутри около десяти минут назад.
Но не для того, чтобы сделать себе пару тату.
Да ради всего святого, Кор предпочел бы для своих солдат миссию где-нибудь подальше от этого места. К несчастью, ему никак не договориться с жаждой крови, а им по-прежнему пока не удалось найти для этого надежный источник. Человеческие женщины — крайняя мера, к которой они вынуждены прибегать, но силы прибавлялось совсем ненадолго, что означало, охота на жертв была почти такой же частой, как и поиск еды.
На самом деле, спустя недельное пребывание здесь, Кор уже мог почувствовать на себе негативное влияние. Там, в Старом Свете, у них имелись подходящие вампирши, которые получали плату за эти услуги. Здесь же, у Кора и его ублюдков такой роскоши не было, и он боялся, что пройдет еще какое-то время, прежде чем все наладится.
Хотя, если он станет королем, проблема будет исчерпана.
Ожидая Тро и Зайфера, Кор перемещал вес с пятки на носок, издавая своим кожаным плащом тихий скрипящий звук. На спине, скрытая в ножнах и готовая к применению, боевая коса была такой же нетерпеливой, как и сам Кор.
Иногда он мог поклясться, что эта штуковина с ним разговаривала. Например, время от времени мимо открытого участка переулка, в котором он затаился, проходил человек. Был ли это быстро шагающий мимо одиночка или женщина, пытающаяся прикурить на ветру сигарету, или небольшая группа гуляк — не важно, кто это был, Кор рассматривал всех как жертву, отмечая манеру движения их тел и то, где они могли бы спрятать оружие, и сколько сдерживающих моментов потребуется, чтобы оказаться у них на пути.
И все это время, коса Кора напевала ему, призывая к действиям.
Во времена Бладлеттера людей было куда меньше и куда менее жизнестойких, зато неплохо подходящих как в качестве мишеней, так и в качестве источника существования — вот почему у этой расы бесхвостых крыс так много слагалось мифов о вампирах. Теперь же эти грызуны расплодились по всей земле, став настоящей угрозой.
С таким позором Кор не мог должным образом работать на Колдвелл. Он исходил не только от великого Слепого Короля и Братства, а также и хомо сапиенс.
Коса Кора была готова, как и всегда. Она прямо дрожала в ножнах, просясь в бой голосом, сексуальнее, чем он когда-либо слышал у женщины.
Из салона вышел Тро и направился в переулок. Клыки Кора мгновенно удлинились, а член затвердел и не потому, что парень был заинтересован в сексе, а просто, потому что так реагировало его тело.
— Зайфер уже заканчивает с ними, — сказал его лейтенант.
— Отлично.
Когда открылась металлическая дверь, они оба скользнули руками в кожаные плащи, хватаясь за пистолеты. Но это оказался всего-навсего Зайфер... с тремя дамочками, каждая из которых была такой же привлекательной, как объедки рядом с обеденной тарелкой.
Тем не менее, нищим выбирать не приходится. К тому же, у каждой девушки имелось основное требование — шея.
Подходя к Кору и Тро, Зайфер улыбался, стараясь не сверкать при этом клыками. Он протянул с акцентом:
— Это Карла, Бет и Линда...
— Линдси, — поправила та, что стояла чуть поодаль.
— Линдси, — исправился он, протянув руку и привлекая девушку ближе. — Девчонки, познакомьтесь с моим другом... и боссом.
Солдат не заморачивается с представлением девушек. Зачем тратить на это дыхание? Тем не менее, даже не смотря на его неподобающее поведение, они казались возбужденными. Карла, Бет и Лин-как-мать-ее-там улыбнулись Тро с приглашением во взглядах... пока не посмотрели на Кора.
Хотя он и стоял, почти весь окутанный тьмой, но поди ж ты, над дверью, из которой вывалилась их компашка, активировался фонарь с датчиком на движение, и увиденное явно не пришлось девкам по вкусу. Две из них опустили взгляд в землю. А еще одна просто возилась с кожаной курткой Зайфера.
Ничего неслыханного в подобной реакции отвержения. На самом деле, еще ни одна женщина не смотрела на Кора с одобрением или влечением.
К счастью, его это мало заботило.
Прежде чем молчание переросло в неловкость, Зайфер сказал:
— Что ж, в любом случае, эти милые дамы собирались пойти уже на работу...
— В «Железную Маску», — уточнила Лин-как-ее-там.
— ...но они согласились встретиться с нами в три.
— Сразу, как только закончим, — добавила одна девушка.
Когда трио залилось раздражающим, неприличным хихиканьем, больше они Кора не интересовали, впрочем, как и он их. На самом деле его амбиции были гораздо превыше амбиций Зайфера. Секс, как и потребление крови, являлся затруднительной биологической функцией, а Кор был слишком умен, чтобы влюбляться в таких фуфловых романчиках.
Если вы были полны решимости окунуться во что-то подобное, кастрация и то была бы более гуманным и менее болезненным решением, и к тому же, необратимым.
— Так что, у нас свидание? — спросил Зайфер у девушки.
Та, что только не заползла в его одежду, что-то прошептала, отчего Зайферу пришлось наклонить голову. Он приподнял брови и не трудно было догадаться о чем шла речь, ведь женщина совсем не выглядела недовольной его словами.
Она замурлыкала.
«С другой стороны, именно так и поступали не кастрированные бездомные кошки», предположил Кор.
— Это свидание, — сказал вампир, глянув на Тро. — Я пообещал, что мы хорошо позаботимся об этих троих крошках.
— У меня найдется все, что нам нужно.
— Отлично. Тогда договорились.
Он шлепнул по заднице одну, затем другую. Третью девушку, пытающуюся забраться под его плащ, он отклонил назад и грубо завладел ее ртом.
Раздалось еще больше смешков, больше застенчивых взглядов, которые никак не вязались с тем, что это оплачиваемые проститутки.
Уходя, каждая оглянулась на Кора с выражением на лице, наводящем на мысль, что он был болезнью, которую они вскоре подцепят. Кор задался вопросом, кто же из них троих вытащит короткую спичку жребия по возвращению, потому что вне всяких сомнений, как ясный день длинен, а ночь всегда коротка, он собирался поиметь кого-то из них.
Всего лишь дополнительная плата в такого рода ситуациях.
— Отличные образцы добродетели, — сухо произнес Кор, когда остался наедине со своими солдатами.
Зайфер пожал плечами.
— Они такие, какие есть. И будут довольно неплохи.
— Я стараюсь найти для нас подходящих женщин, — отозвался Тро. — Однако, это не так-то просто.
— Может, тебе стоит упорнее работать над этим. — Кор поднял глаза к небу. — А теперь займемся делом. Время не ждет.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:07 | Сообщение # 28

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
Глава 13


Переводчики: Stinky, Lover_mine, lorielle, AlexandraRhage, AnnaGvo
Вычитка: Айлайлесс, Светуська


Шлюха? Шлюха?!
Перенесясь на Другую Сторону и войдя в
Святилище, в котором провела несколько веков, ни это слово, ни гнев все никак не оставляли Но'Уан.
Там, в тренировочном центре, чистое белье никогда еще не было сложено с такой извращенной аккуратностью, и когда она закончила свои обязанности, оставаться в особняке в дневное время оказалось невыносимым.
А это было ее единственное назначение.
И, в любом случае, пришло время вернуться на Другую Сторону, чтобы перевести дух.
Стоя в поле ярких цветов, Но'Уан сделала глубокий вдох... и взмолилась оказаться здесь в одиночестве. Избранные были любезными женщинами и заслуживали лучшего, чем то, что она могла предложить даже случайно проходящей мимо девушке. К счастью, теперь они основной массой находились на Той Стороне с Праймэлом.
Приподняв одеяние, она двинулась вперед, шагая сквозь цветущие бутоны ярких, как сами драгоценности, оттенков тюльпанов. Но'Уан продолжала идти, пока больная нога не начала протестующе ныть, но и тогда она не пожелала остановиться.
Заповедную территорию Девы-Летописецы со всех сторон окружал густой лес, разбавленный классического стиля зданиями и храмами. Но'Уан знала каждую крышу, каждую стену, каждую тропинку, каждый пруд, и сейчас, находясь в ярости, она обходила все эти места.
Гнев придавал ей дикости, устремляя вперед... в никуда и к никому. И все же Но'Уан вся кипела.
Как мог тот, кто видел ее страдания, назвать ее так? Но'Уан была девственницей, жестоко лишенной этого дара, предназначавшегося только ее паре.
Шлюха!
А что касается самого Тормента, то он оказался совсем не тем мужчиной, каким она его когда-то знала. И как только эта мысль посетила голову Но'Уан, она подумала, что в этом-то они и схожи. Она также являлась лишь воплощенной тенью себя, но в отличие от Тора, она нынешняя была улучшенной версией прежней.
Через некоторое время нога заболела так сильно, что Но'Уан пришлось замедлиться... а затем и вовсе остановиться. Боль придавала всему определенную ясность, делая окружающую среду, в которой она сейчас находилась, по-настоящему реальной — на смену той, которую она оставила там внизу, но все еще за нее цеплялась.
Она остановилась перед Храмом Изолированных Летописей.
В нем никого не было, как и во всех остальных зданиях.
Когда Но'Уан оглянулась, ее затопила глубина истинного умиротворения. Ландшафт был совершенно свободным. Словно по иронии, яркий цвет, который, здесь не так давно появился, не только заменил преобладающий ранее белый, но и уничтожил здесь всю жизнь.
Возвращаясь в прошлое, как она имела обыкновение делать, Но'Уан поняла, что на самом деле отправилась на Ту Сторону не только в поисках дочери, а еще и в поисках места, где сможет настолько себя занять хлопотами, что просто не останется времени на размышления.
Здесь ей нечего было делать.
Дражайшая Дева-Летописеца, она сходит с ума.
Внезапно ее разум наполнил образ обнаженных плеч Тормента, сына Харма, ослепляя ее.

Веллесандра

Имя было вырезано на Древнем Языке по ширине его мускулатуры, отмечая истинное слияние души и тела.
И у него судьба отняла самое дорогое; и это, без сомнения, разрушило его так же, как и ее. Поначалу она тоже сетовала на судьбу, пока горе не лишило ее сил, погрузив в оцепенение безнадежности. Когда же после смерти она попала на Другую Сторону и по настоянию Директрикс приступила к выполнению своих новых обязанностей, сковывающий ее лед растаял, обнажая скрытый под ним огонь гнева. Но там не было ничего, на что можно было бы наброситься с упреками, злостью и сожалениями. На протяжении долгих десятилетий Но'Уан во всех посланных ей судьбой злоключениях, ничего и никого, кроме себя самой не винила.
По крайней мере, пока она не пришла к понимаю, почему такова ее судьба, и ее цели и причины спасения, последовавшие за трагедией.
Но'Уан даровали второй шанс, чтобы возродиться заново для прислуживания и смирения, и понять свои ошибки прошлого.
Распахнув дверь храма, она, хромая, вошла в помещение с высоким потолком, внутри которого располагались ряды столов со свитками пергаментов и перьями для письма. На каждом столе, в центре рабочего пространства стояла хрустальная чаша, на три четверти заполненная чистейшей, практически невидимой водой.
В действительности, страдания Тормента только начинались, тогда, как сама она себя чувствовала так, словно шла по этому пути в течение слишком долгих бесчисленных лет и достигла его самого дальнего конца. И хотя она была обижена и зла из-за его неправедно брошенных обвинений, в ее душе гнев едва ли был преобладающей эмоцией; более сильными и глубокими были понимание и сострадание, научившее ее примирению...
Беря пример с Избранных.
«Несмотря на понимание определенного знания», подумала Но'Уан, заглянув в одну из чаш.
Двинувшись вперед, Но'Уан выбирала место для занятия поиском, который собиралась предпринять. Она выбрала самый дальний от дверей и окон, кафедрального размера стол.
Усевшись за него, Но'Уан не обнаружила на его поверхности и пылинки, как и соринки в воде, и никаких высохших чернил в чернильнице — и это несмотря на то, что прошло довольно много времени с тех пор, как эта комната заполнялась женщинами, следящими за событиями расы на Той Стороне и записывающими историю, что представала их взору.
Но'Уан подняла чашу, обхватив ее ладонями, а не пальцами. Едва заметным движением она начала раскачивать воду по кругу, представляя прошлое Тормента так ясно, как только была способна.
Достаточно скоро начала развиваться, повествующая в двигающихся изображениях, передающая все в живых красках и воодушевленная любовью история.
Но'Уан никогда раньше и в голову не приходило искать Тормента и его жизнь в чаше. В те несколько раз, что она приходила сюда, Но'Уан справлялась состоянием своей семьи и ходом жизни своей дочери. Сейчас же она понимала, что слишком болезненно смотреть на двух воинов, давших ей кров и защиту.
В ее последний, и самый трусливый акт, она предала их обоих.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:08 | Сообщение # 29

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
На поверхности воды Но'Уан увидела Тормента с рыжеволосой величавой женщиной — они танцевали вальс. На женщине было то красное платье, а на Торе — минимум одежды, открывающей свежевырезанный узор из символов, составляющих имя той самой женщины на Древнем Языке. Он так счастлив, и весь лучится — его любовь и связь заставляют Тора сиять, подобно Полярной Звезде.
За этой сценой последовали и другие, дрейфующие сквозь года, с момента, когда все между ними казалось новым к комфорту, пришедшему с близостью, от маленького домика к большому, от хороших времен, где они оба смеялись, к трудным, когда ссорились.
Все самое бесценное, что только может предложить каждому жизнь: любить и быть любимым тем человеком, с которым отношения по прошествии времени становятся только крепче.
А затем появилась другая сцена.
В красивой и блестящей кухне находилась женщина. Она стояла у плиты. На огне сковородка с мясом, а в руке она держала кулинарную лопатку, однако, взгляд ее был устремлен не вниз, а обращен куда-то вдаль, в никуда, когда над плитой начал подниматься дымок.
Из дверей выбежал Тормент, он что-то сказал ей, схватил в руки маленькое полотенце и начал им размахивать над головой разгоняя дым, но вдруг он вздрогнул, словно его ушей коснулся неожиданный звук, причинивший ему резкую боль.
Стоявшая у плиты Веллесандра переключила свое внимание на загоревшуюся сковороду и быстро сдвинула ее с раскаленной конфорки. Она заговорила, и хотя в чаше показывались лишь беззвучные изображения, вполне очевидно, что женщина приносит извинения.
Когда же огонь потушили и все было приведено в порядок, Тормент прислонился к кухонной стойке, скрестив на груди руки, и некоторое время говорил. Потом замолчал.
Молчание затянулось, и, наконец, Веллесандра ответила. И если на предыдущих картинах из их жизни она казалась скорее решительной и волевой, то теперь выражение ее лица было немного... растерянным.
Закончив свой ответ, она сжала губы и сосредоточила внимание на своем возлюбленном.
Руки Тормента упали и бессильно повисли по бокам, судорожно сжатые челюсти разомкнулись в беззвучном крике. Будто пытаясь избавиться от подступающих слез, его глаза безостановочно мигали, открываясь и закрываясь, один раз, второй, третий...
Когда Тор, наконец, начал двигаться, его грация походила на кого-то с раздробленными костями во всем теле. Он рванул вперед, сокращая расстояние между ними, и упал на колени перед своей шеллан. Вытянув дрожащие руки, он коснулся нижней части ее живота, и слезы увлажнили его глаза.
Не сказав ни слова, он просто привлек свою пару к себе, обвил ее за талию большими, сильными руками, и прижался влажной щекой к ее утробе.
Возвышавшаяся над ним Веллесандра начала улыбаться... нет, скорее сиять.
В отличие от ее радости, на лице Тора застыл ужас. Словно уже тогда он знал, что беременность, от которой она так светилась, станет погибелью для них троих...
— Думал, что найду тебя на этой стороне.
Но'Уан повернулась, плеснув себе на одеяние водой из чаши, и изображение внутри тут же исчезло.
Тормент стоял в дверях, как если бы его притянуло ее вторжение в его частную жизнь, чтобы защитить то, что по праву принадлежало ему. Его дурное настроение развеялось, но даже при отсутствии гнева, на его изможденном лице не было ничего и отдаленно похожего на то, зачем она только наблюдала.
— Я пришел извиниться, — сказал он.
Она осторожно поставила чашу на место, наблюдая за тем, как изменчивая поверхность успокоилась и уровень воды повысился до того, каким был изначально, пополняемый из неизвестного, невидимого источника.
— Я решил подождать, пока немного протрезвею...
— Я наблюдала за тобой, — сказала Но'Уан. — В чаше. С твоей шеллан.
Это заставило Тормента замолкнуть.
Поднявшись на ноги, Но'Уан привычным жестом оправила складки своего бесформенного балахона.
— Я понимаю, почему ты вел себя так отвратительно, даже не пытаясь скрыть свое дурное настроение. Это в природе раненого зверя — кусать даже дружескую руку.
Когда она подняла взгляд, он нахмурился так сильно, что его брови сошлись в одну линию. Значит не расположен к разговору. Что ж пришло время очистить между ними пространство, и как и при обработке загноившейся раны, вполне ожидаемо, что это будет болезненно.
Однако плоть должна быть очищена от инфекции.
— Как давно она умерла?
— Убита, — поправил Тормент спустя мгновение. — Ее убили.
— Как давно.
— Пятнадцать месяцев, двадцать шесть дней, семь часов, и нужно глянуть на часы, чтобы сказать сколько минут.
Но'Уан подошла к окнам и посмотрела на ярко-зеленую траву.
— Как ты узнал, что ее у тебя отняли?
— Мой король. Мои Братья. Они пришли ко мне... и сообщили, что ее застрелили.
— Что произошло после?
— Я закричал. Перенесся куда-то, в какое-то место и в одиночестве проплакал несколько недель подряд.
— Ты не присутствовал на церемонии Забвения?
— Я не возвращался почти год. — Тормент выругался и потер свое лицо. — Поверить не могу, что ты спрашиваешь меня обо всем этом дерьме, а я отвечаю.
Но'Уан пожала плечами.
— Все из-за того, что ты жестоко обошелся со мной в бассейне. Ты чувствуешь вину, а я чувствую, что ты мне кое-что задолжал. Последнее делает меня дерзкой, первое же заставляет тебя говорить.
Тор открыл рот. Закрыл. Снова открыл.
— Ты весьма умна.
— Не совсем, просто все и так очевидно.
— Что ты видела в чашах?
— Уверен, что желаешь это услышать?
— Все это проигрывается в моей голове, будто по замкнутой петле. Что бы там ни было, это не окажется новостями.
— На кухне Веллесандра поведала тебе о своей беременности. Ты упал перед ней на колени. Она была счастлива, а ты нет.
Когда он побледнел, она пожалела, что не разделила какую-нибудь другую сцену.
И тут он ее удивил.
— Странно конечно... но я знал, что это были дурные вести. Уж слишком большое везение. Она так ужасно хотела этого. Каждые десять лет мы спорили об этом, когда у нее проходила жажда. В конце концов, это подошло до той точки, на которой Велси собиралась оставить меня, если я не соглашусь позволить ей попытаться. Это было сродни выбору между пистолетом и клинком — так или иначе, но я знал... что каким-то образом я должен ее потерять.
Опираясь на трость, он неуклюже проковылял к столу, выдвинул стул и сел на него. Когда он неловко вытянул свою раненую ногу, она решила, что у них есть еще кое-что общее.
Она медленно и неровно приблизилась к нему, и села за стол рядом с ним.
— Мне так жаль.
И так как он выглядел немного удивленным, она снова пожала плечами.
— Как мне не выразить соболезнования перед лицом твоей утраты? По правде сказать, после того как видела вас двоих вместе, не думаю, что когда-нибудь забуду как сильно ты ее любил.
Через мгновение он хрипло прошептал:
— Мы были двумя половинками единого целого.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:12 | Сообщение # 30

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
* * * * *


Они замолчали; Тор смотрел на маленькую, притихшую рядом с ним фигурку, скрытую под свободным одеянием с глубоко надвинутым капюшоном. Они сидели на расстоянии четырех футов друг от друга, по разные стороны составленных вместе столов. Но казалось, что они гораздо ближе.
— Сними для меня капюшон. — Когда Но'Уан замерла в нерешительности, Тор добавил: — Ты узрела лучшее в моей жизни. Я хочу видеть твои глаза.
Она подняла бледные руки. Они слегка дрожали, когда она избавлялась от того, что скрывало ее лицо.
Но'Уан не смотрела на него. Просто не могла.
Сохраняя бесстрастное выражение лица, он внимательно вглядывался в совершенные черты ее лица.
— Почему ты все время носишь этот капюшон?
Она глубоко вздохнула, одеяние приподнялось и опустилось, таким образом, вынуждая его вспомнить, что она, возможно, все еще была обнаженной под ним.
— Расскажи мне, — потребовал он.
Когда она глубоко вздохнула и расправила плечи, Тор подумал, что все те, кто поверил в слабость этой женщины, пришли бы к иному мнению.
— Это лицо... — Она жестом обвела контуры идеальных скул, свои розовые, подтянутые щечки, — это не то, кто я есть. Если люди видят его, они оказывают мне почести, которые неуместны. Даже Избранные так поступали. Я скрываю его потому что, если не делаю этого, то распространяю ложь, и даже если она касается только меня, этого вполне достаточно.
— Ты имеешь все права на такое положение в обществе.
— Это не достаточное объяснение.
— Я так не думаю. — Когда она собралась снова набросить на голову капюшон, Тор не дал ей это сделать, положив свою ладонь поверх ее руки. — Если я пообещаю забыть как ты выглядишь, ты оставишь его в покое? Если ты еще не заметила, мы тут не о погоде беседуем. И я не могу с тобой разговаривать, когда ты скрываешь свое лицо.
Она придерживала рукой одну сторону капюшона, словно никак не решалась его отпустить. А потом подняла глаза и взглянула на него в упор так, что он отшатнулся.
Тор только сейчас осознал, что она впервые посмотрела на него. За все время.
С аналогичной откровенностью она сказала:
— Просто, чтобы между нами не было недопонимай — у меня нет никакого интереса к любому мужчине. Я испытываю неприязнь к сексуальным отношениям с вашим видом, точнее и с моим тоже.
Он смущенно откашлялся. Поправил рубашку. Поерзал на стуле.
Затем сделал медленный, успокаивающий вдох.
— Если я тебя чем-то обидела... — продолжила Но'Уан.
— Вовсе нет. Я знаю, что это не было адресовано лично мне.
— Так и есть.
— Если честно, это все... упрощает, потому что я чувствую то же самое. — В этот раз она и правда слегка улыбнулась. — Мы как два сапога пара.
Какое-то время они молчали, а затем внезапно Тор выпалил:
— Я все еще люблю свою шеллан.
— А почему нет? Она красивая.
Тор почувствовал, что улыбается впервые за... долгое время.
— Дело не только в ее внешности, а в ней самой.
— Это так, судя по тому, как ты смотрел на нее — ты был ею очарован.
Тор взял одно из перьев и проверил его наконечник на остроту.
— Боже... я так нервничал в ночь нашей церемонии соединения. Я так ужасно хотел ее... и не мог поверить, что Велси станет моей.
— Это было устроено?
— Да, моей мамэн. Отца не волновали такого рода вещи... или в данном случае, не волновал именно я. Но мамэн позаботилась о том, что у нее получалось лучше всего. Она была умной. Мама знала, если у меня будет достойная женщина, я осяду в жизни. Или, по крайней мере... в этом состоял ее план.
— Твоя мамэн жива?
— Нет, и я рад, что это так. Она бы... не приняла этого.
— А отец?
— Он тоже мертв. Он не признавал меня до тех пор, пока не оказался присмерти. Примерно за шесть месяцев до своей кончины он призвал меня — и я бы не поехал, если бы не Велси. Она заставила меня, и оказалась права. Он официально признал меня на смертном одре. Неуверен, почему это было для него так важно, но что поделаешь.
— Что насчет Дариуса? Я не видела его рядом...
— Убит врагами, прямо перед смертью Велси. — Когда Но'Уан ахнула и прикрыла рот рукой, Тор кивнул. — Это и правда был ад.
— Ты совсем один, — тихо проговорила она.
— У меня есть Братья.
— Ты пускаешь их в эту часть своей жизни?
Он засмеялся коротко и невесело и покачал головой
— Это риторический вопрос, знаешь ли.
— Прости, я...
— Нет, не извиняйся. — Он положил перо в держатель — Мне нравится с тобой разговаривать.
Услышав удивление в собственном голосе, Тор хрипло рассмеялся.
— Черт, я только что проявил все свое обаяние. — Хлопнув по бедрам, обозначив конец разговора, с помощью трости он поднялся на ноги. — Послушай, я прибыл сюда еще и для небольшого поиска. Ты случаем не знаешь, где здесь находится библиотека? Черта лысого я смогу ее самостоятельно тут отыскать.
— Знаю, конечно. — Встав, Но'Уан вернула на место капюшон. — Я тебя проведу.
Когда она проходила мимо Тор нахмурился.
— Ты хромаешь больше обычного. Поранилась?
— Нет. Когда я слишком много двигаюсь, нога начинает болеть.
— Мы могли бы позаботиться об этом там, внизу... Манелло...
— Спасибо, но нет.
Тор выбросил руку в останавливающем жесте, прежде чем Но'Уан вышла за дверь.
— Капюшон. Пожалуйста, опусти его. — Когда она не ответила, он произнес: — Кроме нас здесь никого нет. Ты в безопасности.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:23 | Сообщение # 31

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
Глава 14


Переводчики: lorielle, Verani4ka, zarink, Светуська
Вычитка: Айлайлесс, Светуська


Джон Мэтью стоял на берегу реки Гудзон, всего в пятнадцати минутах к северу от Колдвелла, но создавалось такое ощущение, словно он находился за тысячи миль отсюда.
За его спиной, обдуваемой вечерним бризом, находилась небольшая охотничья хижина, с виду похожая на нечто, что можно свалить одним только взглядом. Однако это место настоящая крепость с армированными сталью стенами, непроницаемой крышей, пуленепробиваемыми стеклами… и с таким количеством спрятанного в гараже огнестрельного, что его хватило бы для отправки половины населения города на свидание с Господом Богом.
Он полагал, что Хекс отправилась именно сюда. Был так в этом уверен, что даже не потрудился за ней проследить.
Но ее не было...
Вспышка фар с правой стороны заставила его повернуть голову. По дороге в сторону охотничьего домика медленно приближался какой-то транспорт.
Джон нахмурился, прислушиваясь к низкому, глубокому урчанию двигателя.
Это не был ни «хендаи» ни «хонда». И уж тем более не «харлей» — так гладко и мягко он шел.
Неопознанная чертова хрень двигалась по извилистой дороге в сторону оконечности мыса, где какой-то богатый засранец отмахал там огромный домину. Через пару минут в окнах особняка забрезжил свет, затем включилось наружное освещение, залившее извилистые подъездные дорожки, застекленные веранды и прямые, тянущиеся ввысь стены.
Черт, эта штука выглядела как настоящий космический корабль, вот-вот готовый взлететь.
Ладно. В любом случае, пора было отсюда валить.
С немым проклятием, он рассеял свои атомы и материализовался на окраине Колди, где на небольшом участке Трэйд-стрит расположились бары, стрип-клубы и тату-салоны.
«Железная маска» была вторым заведением Ривенджа из разряда «танцы-наркотики-секс», но этот клуб создавался для удовлетворения нужд специфической готской тусовки, представителей которой не обслуживали в его первом клубе «Зиросам»: готы и эмо создавали плотную атмосферу евротрэша , неприемлемую для завсегдатаев того заведения.
Снаружи толпилась очередь, желая попасть внутрь — впрочем, как и всегда — но два вышибалы, Большой Роб и Молчаливый Том, узнали его, пропустив без очереди.
Бархатные портьеры, низкие диваны, огни в темноте... женщины обтянутые в черную кожу с белой косметикой и волосами до задниц... мужики, разбившиеся на тусовки, разрабатывающие планы как бы кого-нибудь под себя подмять... угрюмая музыка с текстами, заставляющими тебя думать, будто ты можешь нежно проглотить пулю.
А, может, все дело только в его настроении.
И она была здесь. Он чувствовал свою кровь в Хекс, и направился через толпу, отслеживая ее сигнал.
Как только он вышел к немаркированной двери, ведущей в штаб клуба, Трез выплыл из тени. Разумеется.
— Как поживаешь? — пророкотал Тень, протягивая руку.
Они обменялись рукопожатием, и похлопали друг друга по спине.
— Пришел поговорить с ней? — Когда Джон кивнул, парень открыл дверь. — Я выделил ей офис рядом с раздевалкой по соседству со мной. Пройди через задний ход, она проверяет отчеты…
Тень резко замолчал, но он и так уже сказал достаточно.
Господи Иисусе...
— А, да, она там, — пробормотал парень, и вид у него был ну очень отсутствующий.
Джон прошел по коридору. Увидев закрытую дверь, он не обнаружил на ней таблички с ее именем, но задался вопросом, надолго ли это?
Он постучался, хотя она и так должна была знать, что он здесь.
Когда она отозвались, он вошел.
Хекс была в дальнем углу, согнувшись к полу и пытаясь что-то вытянуть. Когда она посмотрела на него, то застыла, и этот жест явно сказал ему — она понятия не имела, что он приехал.
Зашибись. Она была настолько погружена в свою новую работу, что уже забыла о нем.
— А... привет. — Быстро взглянув на него, она опустила глаза и продолжила свое занятие… выдернув удлинитель из под шкафчика с файлами, который просвистел в воздухе концом с рваными краями.
Прежде чем провод хорошенько ее хлестнул, Джон прыгнул вперед, хватая его и принимая прямо в грудь жалящий удар электрического разряда.
— Спасибо, — поблагодарила она, когда он протянул ей кабель и отошел. — Он там застрял.

«Так... Ты теперь собираешься работать здесь?»
— Да. Я… не вижу других реальных для себя вариантов и... — ее глаза стали жесткими, — если ты явился сказать мне, что я не могу…
«Боже, Хекс, это не те, кто мы есть».Он жестом показал на себя и на нее через разделявший их стол.«Это не мы».
— И все-таки мы сейчас здесь, не так ли?
«Я не хочу, чтобы ты перестала сражаться...»
— Но именно этого ты и добиваешься. Только давай без притворства. — Хекс села в офисное кресло и откинулась назад, скрипнув спинкой сиденья. — После связавшей нас брачной церемонии, Братья, даже ваш король, считают тебя главой в нашей паре — нет, подожди, я еще не закончила. — Она закрыла глаза, словно эти слова ее вымотали. — Просто дай мне закончить. Я знаю, что они меня уважают, но больше они уважают главенство связанного мужчины над его шеллан. Это характерно не только для Братства, это — сама основа общества вампиров, и, без сомнения, это потому, что связанный мужчина — как опасный зверь. Ты не можешь это изменить, а я не могу так дальше жить, так что, да, мы те, кто мы есть.
«Я могу поговорить с ними, убедить их...»
— Проблема не в них.
Джону захотелось пробить кулаком стену.

«Я могу все изменить».
Внезапно ее плечи поникли, и ее глаза, эти внимательные темно- серые глаза, стали огромными.
— Не думаю, что это в твоих силах, Джон. Как и в моих. Я не собираюсь каждую ночь сидеть дома в ожидании, когда ты вернешься на рассвете.

«Я не прошу тебя это делать».
— Хорошо, потому что в особняк я не вернусь. — Джон почувствовал, как кровь приливает к голове; она откашлялась. — Знаешь, вся эта связанная хрень... я понимаю, ты ничего не можешь с этим поделать. Я была вне себя, когда ушла, я думала об этом, и, черт, я знаю, если бы ты мог чувствовать по-другому, быть другим — ты бы был. На самом деле, мы могли бы провести еще пару несчастных месяцев вместе, выясняя это, и в процессе научились бы ненавидеть друг друга, а я этого не хочу. Ты этого не хочешь…
«Значит ли это, что ты бросаешь меня»,показал он жестами,«Я тебя правильно понял?»
— Нет! Не знаю, я имею в виду..., черт. — Она опустила руки. — А что мне еще делать? Я так запуталась в тебе, в себе, во всем. Не уверена, что то, что я сейчас горожу, имеет смысл.
Джон нахмурился, обнаружив, что находится в таком же затруднительном положении, как и она. Где же этот чертов компромиссный вариант?

«То, что между нами — важнее всей этой херни»,показал он.
— Я хочу в это верить, — с грустью произнесла она. — Я действительно хочу в это верить.
Повинуясь внезапному порыву, он обошел стол и встал перед ней. Вцепившись в подлокотники, он развернул кресло к себе и протянул руки с раскрытыми ладонями в приглашающем жесте.
Никакого принуждения. Никакой агрессии. Выбор за ней: принимать или отвергнуть.
В тот же миг Хекс вложила свои узкие ладони в его, и когда он ее потянул, она не сопротивлялась.
Он притянул ее к себе, крепко обвив руками, потом, властным движением опрокинул ее, удерживая в объятиях и не давая упасть на пол.
Не отрывая взгляда от ее глаз, он приблизил свои губы к ее рту и быстро поцеловал, всего один раз. Когда она не влепила ему пощечину, не двинула коленом по яйцам, и наконец, не укусила его, он опустил голову и по-настоящему завладел ее ртом, сливая воедино их дыхания, заставляя ее открыться для него.
Она так и сделала, и его тело растворилось в ней, заставляя ее забыть обо всем том дерьме, которое она себе накрутила. Одна его рука с силой сжимала ее ягодицу, вторая крепко удерживала за шею, не давая ей отстраниться. И когда из ее горла вырвался стон, он понял, что убедительно доказал свою точку зрения.
Хотя он еще не был уверен, как в срочном порядке расхлебать все эти проблемы с прерогативами связанного мужчины, но знал, что связь между ними была настоящей, с ней мир был наполнен, без нее — пуст.
Он прервал поцелуй, аккуратно опустил ее в кресло, где она сидела до этого. И направился к двери.

«Маякни, если снова захочешь меня видеть»,показал он жестами, — «И поступай, как считаешь нужным, но знай: я всегда тебя буду ждать».
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:25 | Сообщение # 32

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
* * * * *


«Хорошо, что я сижу», подумала Хекс, глядя, как за Джоном закрывается дверь
О-о, ничего себе. Несмотря на весь сыр-бор в голове, ее тело готово было растечься лужей и испариться одновременно.
Она хотела его. Он добился-таки своего. По крайней мере, в этом они идеально подходили друг другу.
Святой ад, они так подходили друг другу.
«Дерьмо, и что ей теперь делать?»
Ну, одна идейка, конечно, была... притащить его обратно, запереть дверь, и устроить в ее новом офисе внеплановый перерыв.
Она даже потянулась к своему телефону.
Но в итоге, написала совсем другое:

Все разрулится. Вот увидишь

Отложив телефон в сторону, она подумала, что им с Джоном немало придется потрудиться, чтобы построить свое собственное будущее; и для того, чтобы со временем миновать все опасные рифы и отмели, необходимы усилия с обеих сторон.
Она представила, как будет сражаться плечом к плечу с ним и с Братством.
Может, так и случится. А может, и нет.
Оглянувшись вокруг, она задумалась, долго ли пробудет в этом офисе.
Настойчивый стук в дверь прервал ее мысли.
— Да, — ответила она.
Большой Роб и Молчаливый Том, как обычно, вошли с таким видом, словно в чем-то провинились и ожидали от нее нагоняя. И поскольку она все еще витала в мыслях о Джоне, хорошо было немного отвлечься на обычную рутинную работу. В конце концов, она столько ночей потратила, налаживая работу клуба.
Это она могла сделать.
— Говорите, — сказала она.
Большой Роб с готовностью начал:
— В городе появился новый игрок.
— В какой сфере бизнеса?
Парень постучал себя по носу.
Наркотики значит. Отлично — но едва ли удивительно. Рив был центральной фигурой в течение десятилетия, но теперь, когда он ушел со сцены... рынок, как и природа, пустоты не терпит — и деньги были тому прекрасным мотивирующим фактором.
Пиздец. Преступный мир Колдвелла и без того был шатким, как чертов трехногий стол. Большей нестабильности он не выдержит.
— Кто?
— Никто не знает. Он появился из ниоткуда и только что взял у Бенлуиса порошка на полмиллиона. За наличку.
Хекс нахмурилась. Не потому, что сомневалась в источнике своих работников, но это было охренеть сколько продукта. «Что значит, он будет продаваться не только в Колдвелле».
— Один тип пытался это толкнуть в мужском туалете. Мы отобрали.
Большой Роб бросил на стол целлофановый пакетик. Стандартная упаковка на четверть унции... за исключением небольшой детали. Она была промаркирована красным штампом.
Твою мать...
— Понятия не имею, что здесь написано.
Конечно, откуда ему знать. Это была надпись на Древнем Языке, не имеющая ничего общего с английским. Как правило, этот символ указывался в официальных документах и обозначал — смерть.
Вопрос на засыпку: Когда Рив выбыл из гонки — кто пытается занять вакантное место?
— Парень, у которого вы это изъяли... вы его отпустили? — спросила она.
— Он ждет тебя в моем кабинете.
Хекс встала и обошла вокруг стола. Одобрительно хлопнув Большого Роба по плечу, она сказала:
— Ребята, мне всегда нравилось, как вы работаете.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:32 | Сообщение # 33

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
Глава 15


Переводчики: lorielle, Verani4ka, Айлайлесс
Вычитка: lorielle, Светуська


В Святилище на Другой стороне Но'Уан повела Тормента в библиотеку, где собиралась оставить его одного, чтобы он мог спокойно заниматься своими поисками, чего бы он там ни искал. Однако, когда они прибыли на место, он открыл дверь и отступил в сторону, предлагая ей войти.
Естественно ей больше ничего не оставалось, кроме как переступить через порог.
Книжный храм был высоким, длинным и узким строением, словно при его строительстве исходили из пропорций книжного тома. Мраморные стеллажи тут и там до отказа были забиты выставленными в строгом хронологическом порядке бесчисленными фолиантами в кожаных переплетах. Поколение за поколением Избранные кропотливо заполняли их историями жизней представителей своей расы, как ныне живущих, так и живущих по сей день. В этих документах не было ни одного выдуманного слова, прозрачная вода в чашах свидетельствовала только правду.
Тормент остановился, опираясь на трость, давая отдых своей забинтованной ноге.
— Какую информацию ты желаешь найти? — спросила она, скользя взглядом по ближайшим полкам. Осматривая тома книг, она задумалась о будущем хранении истории прошлого. Изучавшие реальный мир Избранные, сейчас все реже вели записи, если вообще вели. Это древняя традиция вполне может кануть в лету.
— Загробная жизнь, — ответил Тормент. — Как думаешь, тут есть раздел на эту тему?
— Насколько я знаю, хроники разложены по летоисчислению, а не по тематике.
— Ты когда-нибудь слышала о промежуточном месте называемом «Где-то Между»?
— О чем?
Он засмеялся с горькой ноткой в голосе, проковылял вперед и принялся разглядывать стеллажи.
— Вот именно. Существуют Забвение и Дхунд. Два противоположных пути, и как я раньше предполагал — единственный выбор, когда ты умираешь. Я хочу найти любые доказательства тому, что есть и другой вариант. Черт те что... да, здесь и правда нет разделов по теме. И везде так?
— Насколько я знаю.
— Может, есть другая система индексации?
— Только по десятилетиям, кажется? Однако, я не эксперт.
— Черт, понадобятся годы, чтобы все это просмотреть.
— Может, тебе следует поговорить с одной из Избранных? Я знаю, что Селена была летописецей...
— Не хочу, чтобы кто-то об этом знал. Речь пойдет о моей Велси.
Казалось, он сам не уловил иронии сказанного.
— Постой... здесь есть другая комната.
Проведя его по центральному проходу, она свернула налево, и они оказались в подземном хранилище.
— Это святыня святых, здесь хранятся жизни Братства.
Тяжелые двери сопротивлялись вторжению, по крайней мере, когда пыталась открыть их она. Однако перед силой Тормента, они распахнулись, открывая вид на огромную, высокую залу.
— Значит, она держала нас изолировано, — сухо произнес он, ознакамливаясь с именами на переплетах. — Посмотри-ка на эти...
Он вытащил один из томов и раскрыл его.
— О, Тро... отец нынешнего Тро. Интересно, что подумал бы старик, узнав, с кем съякшался его сыночек.
Когда он вытянул следующий том, она откровенно принялась его разглядывать — брови нахмурены, сильные и утонченные пальцы бережно прикасались к томам, тело небрежно прислонено к стеллажам.
Его темные густые и блестящие волосы, были коротко подстрижены. И эта белая полоса спереди, казалась поразительно неуместной — пока она не обратила внимания на его усталые, затравленные глаза.
«Ах, эти глаза. Синие, как сапфиры в сокровищнице... и такие же драгоценные», предположила она.
Она вынуждена была признать, что он был очень хорош собой.
Забавно — тот факт, что он был влюблен в кого-то другого, даже позволил ей оценить его на этом уровне: с теми чувствами, что он испытывал к своей шеллан, он был... безопасным. Сейчас она не испытывала неловкости из-за того, что он видел ее раздетой. Он никогда не посмотрит на нее со страстью. Это было бы неправильно по отношению к его любви к Веллесандре.
— Здесь еще что-нибудь есть? — произнес он, наклоняясь вниз и опираясь на свою трость. — Я вижу только... биографии Братьев.
— Давай я тебе помогу.
Они просмотрели здесь все, и не нашли ни одного тома про рай или ад. Только Братья, и Братья их Братьев...
— Ничего, — пробормотал он. — Что это, черт возьми, за библиотека такая, в которой ничего невозможно найти?
— Может... — прикусив губу, она неловко наклонилась вниз, просматривая имена. И, наконец, нашла то, что искала, — …мы отыщем твой собственный том.
Скрестив руки на груди, он будто обнял себя.
— Она могла бы быть там... да, точно, была бы там.
— Она была частью твоей жизни, а ты — отдельная тема.
— Найди его.
Там было несколько посвященных ему томов, и Но'Уан выдвинула тот, который относился к настоящему времени. Наклонившись, она раскрыла фолиант, пролистала родословную декларацию, находящуюся в самом начале, и множество страниц, где, в основном, описывались его доблесть и мастерство на поле боя. Добравшись, наконец, до последней записи, женщина нахмурилась.
— Что там сказано?
Она зачитала вслух на
Древнем Языке дату, а затем запись о событии:
Накануне он потерял свою связанную шеллан, Веллесандру, вместе с дитя, которого она носила под сердцем. Впоследствии он исчез из места совместного проживания членов Братства Черного Кинжала…
— Это все?
— Да.
Она перевернула книгу, чтобы он мог прочитать сам, но он рассек рукой воздух.
— Иисус Христос, я поражаюсь, и это все, что они написали!
— Возможно, тем самым они выказывали уважение к твоему горю. — Она отложила книгу. — Это ведь личное.
Больше он ничего не сказал, просто стоял там, опираясь на свою трость, сердито уставившись в пол.
— Поговори со мной, — сказала она тихо.
— Гребаный ад. — Он потер глаза, а в голосе ощущалась усталость и разочарование. — Единственное утешение для меня во всем этом кошмаре состояло в том, что моя Велси в
Забвении вместе с нашим сыном. Это — единственное, что позволяло мне выжить. Когда я подходил к грани слететь с нарезки, то говорил себе, что она в безопасности, и лучше я переживу горе, чем она — лучше, что я один, пропавший без вести здесь на земле. Потому что, эй, Забвение, как предполагается, дарует всем мир и любовь, правильно? Но тут появляется Ангел и начинает что-то нести о каком-то промежуточном месте и на тебе — мое единственное утешение… в жопе! И в довершение ко всему я никогда не слышал об этом месте, и просто не вериться...
— У меня есть идея. Пойдем со мной. — Когда он вопросительно посмотрел на нее, она решительно повторила, не терпящим возражения голосом: — Пойдем.
Таща за руку, она вытянула его из хранилища обратно в главную часть библиотеки. Потом пошла вдоль стеллажей, рассматривая даты на томах, выискивая те, что были размещены здесь недавно.
— В какой день это случилось, когда она... — Когда Тормент назвал ей дату еще раз, она вытащила соответствующий том.
Пролистывая страницы, она чувствовала его присутствие, он возвышался над ней, но без какой-либо исходящей от него угрозы.
— Вот... вот она, здесь.
— О, Боже... что...
— Здесь говориться... да, то же самое, что и в томе про тебя. Она прошла от земли... погоди-ка секундочку...
Проходя мимо стеллажей, она просматривала историю других женщин и мужчин, которые умерли в тот же день:
— Так-так... перешла в Забвение... в Забвение ... Забвение....
Но'Уан встревожено взглянула на него.
— Здесь нигде не сказано, что она в Забвении.
— О чем ты...
— Здесь говориться, что она
прошла. Но это не значит, что она дошла до Забвения.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:34 | Сообщение # 34

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
* * * * *


В самом сердце бетонных трущоб Колдвелла Кор выслеживал одного из лессеров.
По сухой колючей траве паркового газона он крался за нежитью, все тело кричало о готовности нанести удар, коса крепко зажата в руке. Это был одиночка, отбившийся от группы, на которую Кор и его шайка ублюдков напали ранее.
Тварь была ранена, черный кровавый след, который она за собой оставляла, явственно указывал направление ее бегства.
Кор со своими солдатами еще в переулках перебили остальных лессеров из этой шайки, после чего прихватили несколько сувениров на память и разделились: он сам отправился на поиски этого сбежавшего выродка, Тро и Зайфер вернулись в тату-салон, организовать пару телочек для кормления, а кузены переместились на базу, зализывать раны.
Возможно, если бы женщин удалось организовать как-то быстрее, они могли бы найти другое подразделение противника еще до рассвета, хотя «подразделение» пожалуй, не совсем подходящее слово. Слишком уж профессиональное. Здешние новобранцы совсем не похожи на тех, в Старом Свете, в самый разгар войны; совсем свежак, только что инициированные, эти даже не выцвели, и, казалось, были не достаточно хорошо организованы не способные взаимодействовать во время боя. К тому же, их оружие в основном подобрано все на улице: разные ножи, кастеты, заточки, а если и были пистолеты, то палили из них почем зря.
Жалкая пародия на армию: сила была лишь в количестве. И Братство не может их победить?! Какой позор!
Сосредоточившись на своей добыче, Кор прибавил ходу.
Пора с этим кончать. Потом покормиться. Вернуться домой.
Он нагнал лессера у реки на городской, и слишком хорошо освещенной на вкус Кора, площади для отдыха. А также слишком открытой. Столики для пикника и круглые 55-галонные бочки для сбора мусора не предоставляли достаточного уединения от любопытных глаз, но, по крайней мере, ночь выдалась относительно холодной, чтобы убедить людей оставаться в безопасности закрытых домов. Конечно, от случайных прохожих никто не застрахован. Но, по большей части, припозднившиеся пешеходы имели тенденцию прибывать в своих собственных мирках, а если бы им вдруг вздумалось покинуть их чертоги, то пусть пеняют на собственную глупость.
Впереди лессер бежал по бетонной дорожке, которая, вместо того, чтобы увести его в безопасное место, прямиком собиралась доставить его к гибели — к чему, собственно, он и так уже приближался. Его мотало из стороны в сторону, в тщетной попытке удержать равновесие он выбросил в сторону руку, прижимая другую к животу. В ближайшее время он должен был свалиться на землю, что было еще забавней, потому что...
В ночи раздались приглушенные рыдания.
Затем еще.
Он плакал. Проклятая нежить ревела, как баба.
Внезапно, на Кора накатила удушливая волна ненависти, заставив его судорожно вздохнуть. Резким движением вставив косу в ножны, он вытащил стальной кинжал.
Раньше это было просто работой, теперь стало его личным делом.
По желанию Кора один за другим погасли фонари, со всех сторон наползая темнотой на убийцу, и наконец, сквозь слабость и боль к нему пришло понимание, что его время вышло.
— А, твою ж мать... нет..., — существо заметалось в свете последнего фонаря. — Христос, нет...
Его лицо стало совершенно белым, как будто на нем было чересчур много грима, но это было не потому что он достаточно долго пробыл лессером, чтобы успеть вылинять. Молодой, с виду не старше восемнадцати-двадцати лет, с татуировками вокруг шеи и вдоль рук, и если припомнить, он неплохо управлялся с ножом — хотя, и это было очевидно во время рукопашного боя, в его сноровке было больше от инстинкта, чем практики.
Видимо в своем предыдущем воплощении он был агрессором, и его первоначальная демонстрация силы показала, что он привык иметь дело с врагами, которые поджимали хвосты после первого же удара. Время для его силы и его эго прошло, а эти жалкие слезы лишь служили доказательством того, кем он был в глубине своей сущности.
Когда над ним потух свет последнего фонаря, мальчишка закричал.
Кор напал как зверь, его массивное тело взвилось в воздух и всем весом налетело на существо, повалив того на траву.
Сжав его лицо всей пятерней, он вонзил нож в плечо и резко дернул, разрывая сухожилия и мышцы, срезая их с костей. Мучительный крик вырвался из глотки лессера, в очередной раз доказывая, что даже у нежити сохранялись болевые рецепторы.
Кор наклонился, почти прикасаясь губами к его уху:
— Кричи для меня. Кричи еще... кричи громче, пока не перестанешь дышать.
Ублюдок дергался под ним, рыдая в голос, с хрипом вдыхая воздух и судорожно выдыхая. Управляя шоу, Кор поглощал его слабость через поры, вдыхал, задерживая ее в легких.
Неожиданно, после всех драк этой ночи на него волной накатило отвращение. Душа его съежилась, мозги вскипели, его отвращение заставляло его желать искромсать лицо бывшего человека.
Но здесь, для него, Кором был уготован более достойный конец.
Опрокидывая нежить на живот, он пропихнул оба колена ему между бедрами, и развел ими ноги так, будто это была женщина, готовая к сексу. Склонившись над распростертым телом, он вжал лицо лессера в траву.
После чего приступил к делу.
Никаких больше размашистых, рассекающих ударов ножом. Теперь настало время точности и завершения аккуратной работы лезвием.
Лессер отчаянно сопротивлялся; Кор распорол ворот его футболки, затем, зажав нож в зубах, рванул ткань, разрывая одежду пополам, обнажив плечи и спину жертвы. Татуировка, изображающая какую-то городскую сцену, была выполнена с достойным похвалы мастера профессионализмом — чернильный рисунок украшал большую часть гладкой кожи, по крайней мере там, где черная вязкая кровь не портила это совершенство.
От судорожных рыданий и тяжелых вздохов картинка двигалась, изменяя и снова восстанавливая первоначальную форму, искажаясь и замирая, словно кадры из фильма на не исправном экране.
— Как жаль разрушать эту часть, — протянул Кор. — Должно быть, потребовалось уйма времени, чтобы это создать. Наверное, было чертовски больно.
Кор приставил острие лезвия к шее нежити. Проколов кожу, он проникал все глубже, пока не был остановлен костью.
Больше крика.
Он снова прижался ртом к уху уебка.
— Я только вырву эту часть, что бы каждый смог ее лицезреть.
Уверенно орудуя ножом, он привычным движением продвигал его вниз, аккуратно обходя позвонки, пока его добыча визжала как резаная свинья. Затем уперся коленями в ляжки лессера, левой рукой — в его плечо... а правой ухватился за шею и резко дернул, вырвав его хребет.
Человек не смог бы выжить после того, что только что сделал с ним Кор. Существо, однако, окончательно так и не сдохло, даже притом, что дышать оно больше не могло, да и вряд ли ему когда-нибудь уже посчастливится резвиться на ножках: то, на чем держалась вся эта мерзкая плоть, что задавало высоту, объем и форму его тела, что позволяло ему двигаться — теперь болталось в кулаке Кора.
Убийца уже не кричал, но слезы по-прежнему продолжали течь из его глаз.
Тяжело дыша от напряжения, Кор откинулся назад. Как славно было бы оставить этого хиляка гнить вечно в его нынешнем виде бесхребетного слизняка. Он воспользовался моментом, чтобы насладиться страданиями лессера и запечатлеть в своей памяти сцену этой казни.
Кор вспомнил, как много лет назад он и сам был в подобном положении. Сломленный, голый и униженный валяющийся на земле.

«Ты такой же никчемный, как и твое рыло... Уберите его».
Голос Бладлеттера был холоден и пренебрежителен. Его подчиненные быстро и без малейшей жалости схватили Кора за руки и за ноги и выволокли из пещеры, где располагался лагерь военного отряда. Его просто выкинули, как навоз из конюшни.
Одинокий, замерзающий Кор беспомощный лежал на белом снегу, там, где его бросили, надеясь на чужую милость. Так же, как этот мальчишка. Но как бы то ни было, он лежал лицом вверх..
На самом деле, это был не первый раз, когда его вышвырнули, как ненужный хлам. Начиная с женщины, которая его родила и до последнего приюта, в котором он жил, от него постоянно отказывались. Военный лагерь был его последним шансом стать членом какой-либо общины, и он не хотел быть изгнанным за его пределы.
Он заработал право на возвращение, бесстрашно преодолев немыслимую боль. Даже Бладлеттер был впечатлен тем, что он смог доказать свою выдержку и выносливость.
Слезы — только для сопливых детей, женщин и немощных стариков. Мелкий лессер этот урок не усвоил...
— Ты смотрю занят.
Кор посмотрел выше. Тро появился из ниоткуда, без сомнений материализуясь как некая декорация.
— Женщины готовы? — резко спросил Кор.
— Давненько уже.
Кор постарался собраться с силами. Он должен прибрать за собой этот беспорядок: нельзя оставлять дергающийся труп здесь, где его могли найти люди; такое зрелище запросто взорвало бы любой мозг.
— Там есть туалет. — Тро махнул рукой на противоположную сторону площадки. — Заканчивай, и мы тебя отмоем.
— Я что, похож на младенца? — Кор впился взглядом в своего лейтенанта. — Думаю, нет. Возвращайся к шлюхам. Я скоро присоединюсь.
— Ты не можешь с собой принести свой трофей.
— И куда мне его по-твоему засунуть?.. — Судя по его интонации, вариант «себе в жопу» был, на его взгляд, самым подходящим. — Проваливай.
Тро промолчал, не возражая и не соглашаясь, но, соблюдая субординацию, коротко кивнул и дематериализовался.
Оставшись наедине с изувеченным дергающимся полутрупом, Кор последний раз взглянул на него и бросил с издевательской жалостью:
— А, кончай уже... возьми себя в руки.
Твердая уверенность в том, что слабость должна быть наказуема, придала ему сил для последнего удара. Когда стальное острие кинжала пронзило грудь лессера, раздался негромкий хлопок, на мгновение вспыхнул свет... и от нежити не осталось ничего, кроме пятна на траве, где она валялась.
С трудом выпрямляя ноги, он поднял позвоночник своей жертвы и закинул его в мешок, к остальным трофеям.
Все не влезало, и часть торчала снаружи.
У Тро был пунктик по поводу мешка с трофеями. Черт бы его побрал.
Дематериализовавшись на край площадки у туалета, больше похожего на какой-то сарай, он припрятал свои трофеи в вытяжном отверстии и протащил свое тело внутрь, где располагались раковины и унитазы. Помещение пропиталось синтетическим запахом освежителя воздуха, но ничто не могло перебить приторное зловоние разложения, исходящего от его мешка.
Зажглись лампы, активированные датчиками движения; и Кора окутал люминесцентный туман. Раковины были с примитивными кранами из нержавеющей стали, но вода текла чистая и холодная; Склонившись, он подставил под струю сложенные ладони, набрал воды и плеснул себе в лицо. Еще раз. И еще.
«Вот придурок, трачу время на наведение чистоты, — бранил себя Кор. — Те проститутки все равно ничего не вспомнят».
И мытье вряд ли улучшит его наружную привлекательность.
С другой стороны, лучше не пугать женщин до обморока, приводить их в чувство еще то муторное занятие.
Он поднял голову и увидел свое отражение в мокром металлическом листе, заменяющем собой зеркало. С унылым видом он разглядывал себя, отмечая свое уродство, и снова думал о Тро. Несмотря на то, что солдат всю ночь сражался, он был свеж, как маргаритка, а его красивое аристократическое лицо заставляло забыть о пятнах крови на одежде и ссадинах на руках.
А Кор, даже если дать ему отдохнуть две недели подряд, есть лучшую пищу и кормиться от гребаной Избранной, он останется все таким же вызывающим отвращение выродком.
Еще раз ополоснув лицо, он осмотрелся, но не нашел ничего, чем можно вытереться. Все, что там было — это встроенные в стены механизмы с горячим потоком воздуха для сушки рук.
Его кожаный плащ был весь перемазан. Свободная черная рубашка под ним — не чище.
Он материализовался на крыше, смахивая с подбородка капли холодной воды. Тюк с трофеями нельзя было оставлять здесь. Плащ и косу тоже надо было припрятать.
«Как же его это достало, — подумал он. — Все эти — сплошные кровавые гребаные помехи».
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:38 | Сообщение # 35

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
Глава 16


Переводчики: lorielle, Stinky, Lover_mine, Verani4ka
Вычитка: lorielle, Светуська


Высоко над хаосом Колдвелла, в тихой мраморной библиотеке Избранных, Тор чувствовал себя так, словно у него в голове раздавался оглушительный крик, что даже удивительно, как от этого шума Но'Уан еще не зажимала уши руками.
Он протянул руку:
— Дай-ка мне.
Взяв книгу из рук Но'Уан, он стал внимательно вглядываться в тщательно выведенные символы Древней речи.


«Веллесандра, связанная шеллан Брата Черного Кинжала Тормента, сына Харма, кровная дочь Релайкса, перешла этой ночью с земли, забрав с собой, зачатого около сорока недель до того своего нерожденного сына».

Читая короткую официальную запись, он чувствовал, словно все это произошло всего минуту назад, его тело снова тонуло в старой знакомой реке боли.
Он вынужден был перечитать отрывок еще несколько раз, прежде чем понять не только, что там было написано, но и то, чего там не было.
Никаких упоминаний о Забвении.
Проглядывая соседние разделы, он искал упоминания о других прошедших недавно переходах...


«Перешел с земли в Забвение. Перешла с земли в Забвение. Перешла с…,он перевернул страницу,земли в Забвение.»

— О Боже...
Он не поднял глаза и не обратил внимания на эхом отозвавшийся визжащий шум. Внезапно Но'Уан потянула его за руку.
— Присядь, прошу тебя, присядь. — Она потянула сильнее. — Пожалуйста.
Расслабившись, Тормент опустился на пододвинутый ею стул.
— Есть ли шанс, — спросил он севшим голосом, — что они просто забыли внести запись?
Но, ни Но'Уан, ни кому-либо еще не было нужды отвечать на этот вопрос. Работа Изолированных Летописец была их священным долгом, у них не было права на оплошность. Подобное просто невозможно.
Тор мысленно услышал голос Лэсситера: «Потому меня и отправили сюда: я здесь, чтобы помочь тебе и ей».
— Мне нужно вернуться в особняк, — промямлил он.
Он начал подниматься, но вдруг почувствовал слабость во всем теле. Гребаная нога подвернулась, Тор потерял равновесие и свалился на ближайший стеллаж, свернув плечом стройный ряд книжных корешков. И-и-и-и пол под его ногами предательски покачнулся, отправляя тело в свободный полет.
Что-то маленькое и мягкое помешало его падению...
Это было тело. Изящное женское тело с грудью и бедрами, с визгом впечаталось в него, и он мгновенно потерял над собой контроль.
Внезапно в его мозгу бомбой взорвалось видение Но'Уан в этом бассейне, с ее обнаженными, блестящими от воды формами, и сила этого взрыва была так велика, что смела все, чем он руководствовался.
Это произошло так быстро: контакт, воспоминание... и возбуждение.
Его член едва не пробил кожу, беспощадно выпрямляясь на всю длину.
— Разреши мне помочь тебе сесть на стул, — словно издалека услышал он ее раздавшийся голос.
— Не прикасайся ко мне. — Тор оттолкнул ее и отполз подальше. — Не приближайся. Я... потеряю его...
Беспомощно барахтаясь у стеллажей, он не мог дышать, стоять... удержаться...
Не обращая внимания на поврежденную ногу, Тормент выскочил из библиотеки и помчался прочь из Святилища, поспешно возвращая свое неверное тело в собственную спальню в особняке.
Оставаясь предельно возбужденным и после возвращения.
Фух...
Глядя на свое хозяйство, он пытался найти другое тому объяснение. Может, закупорка сосудов? Тромб в члене... или еще что... дерьмо...
Не может быть, чтобы его привлекла другая женщина.
Он связанный мужчина, черт подери.
— Лэсситер, — он оглянулся по сторонам, — Лэсситер!
Где этот блядский ангел?
— Лэсситер! — заорал он во все горло.
Ни ответа, ни стука в дверь, он остался один... с его безжалостно вздымающимся членом.
Тор с яростью сжал правую руку в кулак.
Недолго думая, он со всей дури саданул себя кулаком по яйцам...
— Твою ж... мать...
Получилось сродни удару чугунным ядром; член дернулся и упал. От скрутившей внутренности агонии он потерял равновесие и свалился лицом в ковер.
Закашлявшись, Тор попытался подняться на колени, одновременно задаваясь вопросом, не нанес ли он себе какое серьезное повреждение; как вдруг сквозь гул в ушах просочился сухой насмешливый голос:
— У-у, это должно быть дьявольски больно. — В поле его зрения размытым пятном появилось лицо ангела. — Но если принимать во внимание положительный аспект, то ты без проблем смог бы записать партию Элвиса для рождественского диска.
— Что за... — Он с трудом мог говорить. А до этого было трудно дышать. И всякий раз кашляя, ему казалось, что его собственные яйца встали поперек горла. — Расскажи мне... про «Где-то Между...»
— Может, для начала отдышишься?
Тор резко выкинул руку, схватив ангела за бицепс.
— Рассказывай, ублюдок.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:40 | Сообщение # 36

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
* * * * *


Среди мужчин бытовала одна общепринята солидарность: если один парень видит, как другому хорошенько вмажут по яйцам, то неизбежно почувствует выстрел фантомной боли в своем наборе для игры в крокет.
И когда Лэсситер присел на корточки возле крендельком скрючившегося тела Брата, он, улучив момент, осторожно прикоснулся к висевшему у него между ног сокровищу, просто, чтобы утешить приятеля снизу по поводу того, что даже для отъявленных иконоборцев некоторые вещи остаются священны.
— Расскажи мне!
То, что у парня еще хватало энергии, чтобы так верещать, производило впечатление.
И, да, — невозможно было отказать сукину сыну после того, как он так себя отходил собственным кулаком.
Нет причины заставлять его изводится на дерьмо.
Само собой.
— «Где-то Между» — не в юрисдикции Девы-Летописецы или Омеги. Это — территория Творца. И прежде, чем ты спросишь, отвечу — Творца всего сущего, всех этих вещей, вашей Девы-Летописецы, Омеги, короче, всего. Попасть туда есть несколько способов, и в первую очередь из-за того, что ты кого-то не отпускаешь, или кто-то держится за тебя.
Посмотрев на притихшего Тора, Лэсситер решил сжалиться над ублюдком и спасти его мозги от перегрева.
Положив ладонь на плечо Брата, Лэсситер тихо произнес:
— Дыши со мной. Давай же. Мы будем делать это вместе. Просто подыши одну чертову минуту...
Они оставались так еще долгое время: Тор — согнутый пополам, и Лэсситер — ощущающий себя опорной колонной.
За свою долгую жизнь он видел страдание во всех его проявлениях. Болезнь. Разваливание на части. Разочарование в эпических масштабах.
Глядя на свою протянутую руку, он понял, что стал отдаляться от всего этого. Ожесточаться за счет слишком частой подверженности этому и личного опыта. Отгораживаться от сострадания в любом его проявлении.
Черт, он не годился для этой работы как ангел.
Для этой чертовой ситуации, в которую они оба влипли.
Тор поднял взгляд. Его глаза настолько расширились, что если бы Лэсситер не знал, что они голубые, то сказал бы, что глаза черные.
— Что я могу сделать?.. — простонал Брат.
Вот черт, он не мог этого выносить.
Лэсситер резко вскочил на ноги и подошел к окну. Пейзаж снаружи был скудно освещен, далеко впереди сверкали в стадии своего возрождения сады. На самом деле весна была холодным, жестоким инкубатором, предшествующем теплу летних месяцев.
Жизнь продолжается...
— Помоги мне помочь ей, — прохрипел Тор. — Как ты мне и говорил.
Он не нарушил наступившую тишину. Не осталось ни слов, ни мыслей. Он ничего не мог больше выдавить из себя, несмотря на то, что если он облажается, то навечно отправится в персональный ад, без какой-либо надежды на спасение. А Велси с ребенком застрянут там. Как и Тор.
Как же он был самонадеян.
До него не доходило, что может ничего не выгореть. Когда он брался за это дело, то был легкомысленным, уверенным и готовым к последствиям, и трясся лишь о собственной свободе.
Ему никогда не приходилось бороться. Возможность отказа даже не рассматривалась.
И никак не ожидал, что так дерьмово будет справляться с произошедшим с Велси и Тором.
— Ты сказал, что здесь, чтобы помочь мне, помочь ей. — Когда ответа не последовало, Тор понизил голос. — Лэсситер, я стою на коленях.
— Только потому, что вбил свои яйца себе в диафрагму.
— Ты сказал мне...
— А ты мне не поверил.
— Я видел. В книгах на Другой Стороне. Она не в Забвении.
Лэсситер посмотрел на сады и удивился, насколько они были близки к возрождению; все еще сухие и голые, они вот-вот должны были взорваться и запеть для весны.
— Она не в Забвении!
Что-то схватило его, развернуло и с такой силой врезало в стену, что если бы у Лэсситера были крылья, то они непременно бы отвалились.
— Она не там!
На искаженном лице Тора отпечатались все обуревавшие его эмоции; и когда рука сжала его горло, для Лэсситера настал момент истины. Брат мог прикончить его — прямо здесь и сейчас.
Возможно, именно так ему и предстоит снова оказаться в промежуточной. Пара пуль в голове, перерезанная глотка — и пиздец! Ты потерпел неудачу. Бесконечное ничто приветствует вас!
Забавно, но он никогда не рассчитывал вернуться туда, а вероятно должен был бы.
— Тебе лучше открыть свой гребаный рот, ангел, — прорычал Тор.
Внимательно вглядываясь в это лицо, Лэсситер видел, что Тор купается во власти обжигающей ярости и гнев топит его.
— Ты слишком сильно ее любишь.
— Она моя шеллан...
— Была. Твою мать, она
была твоею шеллан.
Молчание пульсировало от невысказанного. И вдруг — треск удара, мгновенная вспышка и ослепляющая боль. У него даже подогнулись колени, как это ни странно было признать.
Говнюк его вырубил.
Лэсситер оттолкнул парня, и, отхаркиваясь кровью на ковер подумывал об ответном ударе. А, в пизду эту драку. Если Творец решит прибрать его обратно, то все, что ему для этого нужно — это просто придти и забрать. Тор — не тот, кто может отправить его туда авиапочтой.
Пора выметаться к чертям из этой комнаты.
Он двинулся к выходу, не обращая внимания на прозвучавшее за его спиной проклятие. Это было нетрудно, особенно учитывая, что в этот момент он задавался вопросом: не болтается ли его глаз на зрительном нерве?
— Лэсситер, твою мать, Лэсситер — я сожалею.
Ангел повернулся.
— Хочешь знать, в чем проблема? — Он ткнул пальцем прямо в морду парня. — В тебе. Я сожалею, что ты потерял свою женщину. Извини, но это — не повод для самоубийства. Мне жаль, что тебе не для кого вставать с постели, и не с кем туда ложится. Мне, блядь, чертовки жаль, что тебе нечем почесать свою жопу, и нечем, твою мать, унять зубную боль, и ты нихуя не слышишь из-за ебучих пробок у тебя в ушах. Ты — жив. Она — нет. И твоя зацикленность на прошлом засасывает вас обоих в место, под названием «Где-то Между».
Удерживая его взгляд, он подошел вплотную к уебку.
— Тебе нужны подробности? Так, блядь, получай. Она постепенно безвозвратно истаивает, а не перейдет в Забвение. И ты — гребаная причина того, что так происходит. Вот из-за этого, — он обвел рукой жилистое тело мужчины, его перевязанную ногу и руки, — она там и застряла. Чем больше ты цепляешься за нее, за свою прежнюю жизнь и за все, что утратил, тем меньше у нее шансов на освобождение. Ты здесь главный, не она, и не я; так что в следующий раз отсоси у себя сам, мудак.
Тор провел трясущейся рукой по своему лицу, словно стирая песок с каждой черты. Затем судорожно сжал рубашку, прижимая ее к груди, прямо над сердцем.
— Я не могу перестать... она всегда была моей...
— Но ты ведешь себя так, словно это случилось только вчера, и что-то мне подсказывает, это так и останется. — Лэсситер подошел к кровати, на которой лежало платье для церемонии соединения. Сжав в кулаке атлас, он сдернул платье за пышную юбку и потряс им. — Эта вещь — не ее. Твой гнев — не из-за нее. Твои мечты, твоя гребаная боль... не касается ее. Ее больше нет.
— Я знаю, — огрызнулся в ответ Тор. — Считаешь, я еще не допер?
Лэсситер выставил платье вперед. Атлас стек кровавым дождем.
— Тогда скажи это!
Молчание.
— Тор, скажи это. Дай мне это услышать.
— Ее...
— Ну.
— Ее...
Когда Тор так ничего и не произнес, Лэсситер покачал головой и бросил платье на кровать. Бормоча себе под нос, он снова направился к двери.
— Это ничего не меняет. К сожалению, как и для нее.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:42 | Сообщение # 37

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
Глава 17


Переводчики: lorielle, Stinky, Светуська, Lover_mine, zarink
Вычитка: lorielle, Светуська


Надвигался рассвет; Хекс отлично провела эту ночь в своей «старой обувке». Время пролетело незаметно, как при игре в пинг-понг: хренова туча народу в замкнутом пространстве и под шафе не давала скучать. И как же здорово снова нацепить привычную маску начальника службы охраны Алекс Хесс, даже если, используемое ею среди людей имя было поддельным.
И как же чертовски потрясающе, когда Братство не дышало тебе в затылок.
Вот что остужало, так это тот факт, что все ощущалось ровным и гладким, словно жизнь, готовясь к будущему, снесла все рамки своими бульдозерами.
Ей еще никогда не доводилось слышать, что женщины делают с этой связующей хренотенью, и это не означало, что Хекс была чужда в этом вопросе. Потому что в итоге, без Джона, окружающее казалось огромной, кричащей бессмыслицей.
Мельком взглянув на часы, она отметила, что истинной темноты остался всего час. Черт, ей хотелось оседлать свой байк и ползти на смешной скорости наблюдая, как тени танцуют фар-н-ролл. Однако «дукатти» был заперт в ее гараже.
Она задалась вопросом, не существовало ли какого правила, запрещающего поездки шеллан без сопровождения.
Наверное, нет... пока она не уселась бы на дамскую седушку, облаченная с ног до головы в броню, и в шлеме, изготовленном из армированного, противоскользящего кевлара; ну, тогда так и быть, они, пожалуй, отпустят ее навернуть пару кружочков вокруг фонтана, что перед домом.
Дрынь-дынь-дынь. Полный ништяк.
Покидая свой офис, она силой мысли заперла за собой дверь, чтобы не заморачиваться с ключами...
— Эй, Трез, — окликнула она только что появившегося из женской раздевалки босса. — Вот, решила заскочить, проведать тебя.
Заправляя белую рубашку в черные слаксы, Тень выглядел расслабленнее обычного. Секундой спустя, из той же двери выпорхнула одна из работающих девиц, сияя, словно ее только что отполировали вручную.
Что, скорее всего, не далеко было от истины.
По крайней мере, ее туповатое выражение лица подсказало Хекс, что Трез поработал и над ее разумом тоже. И все же... никогда не стоит кормиться там, где работаешь. А то не дай бог, возникнут какие проблемы.
— Увидимся завтра вечером, — промурлыкала дамочка и скривила губы в ухмылке. — А то я уже опаздываю. На встречу друзей.
Когда девушка скрылась из виду, Хекс посмотрела на Треза.
— Тебе стоит использовать другие источники.
— Зато удобно и я осмотрителен.
— Это не безопасно. Ты может спутать у нее все в голове.
— Я никогда не использую одних и тех же дважды. — Трез приобнял ее. — Ну, хватит обо мне. Ты уже все?
— Ага.
Они прошли к двери, через которую уже выбежала девушка. Боже... как в старые добрые времена, словно ничего и не случилось после того, как они последний раз закрывали клуб вместе. И все же случился Лэш. Джон. Церемония соединения....
— Не буду оскорблять тебя предложением проводить до дома…, — пробормотал Трез.
— Ха, так тебе же нравится, где сейчас находятся твои ноги.
— Ага. Они классно смотрятся с моими штанами. — Он приоткрыл для нее дверь, а когда в помещение ворвался холодный порыв ветра, попытался ее собой прикрыть. — Что мне ему передать, если встречу?
—Что я в порядке.
— Хорошо, что соврать для меня, как два пальца обоссать. — Она попыталась было начать спорить, но Тень только закатил глаза. — Отправляйся домой и выспись как следует. Может, завтра все образумится.
В ответ она коротко обняла его и шагнула в темноту.
Вместо того, чтобы дематериализоваться на север, Хекс побрела по Торговой улице. Все заведения уже закрывались: из клубов выходили последние посетители, которые выглядели также привлекательно, как разжеванная жвачка; тату-салон выключил свою неоновую вывеску; ресторан техасско-мексиканской кухни уже закрыл свои двери.
Чем дальше она заходила, тем дерьмовее, захудалее и мрачнее становилась окружающая обстановка, пока она не дошла до квартала с давно пустующими зданиями. Со спадом в экономике фирмы дохли быстрее бродячих собак под колесами, и чем дальше в лес, тем меньше встречалось арендаторов...
Хекс остановилась, принюхалась и взглянула влево.
Судя по усиливающемуся запаху, по пустынной улице двигался вампир мужской особи.
ДВБ или До Выходки Братства, она бы проследила за этим запахом: отправилась бы по его следу, чтобы проверить не нуждается ли кто в помощи, поразнюхав все, как это делали Братья.
Сейчас же она просто продолжила идти вперед, высоко задрав нос. Они не хотели ее помощи... хотя, возможно, это не совсем так. Казалось, для Братства было в порядке вещей, что она с ними, пока у Джона не появились с этим проблемы. Скорее они больше не чувствовали себя с ней комфортно...
Впереди, через два здания, ей преградила путь массивная фигура.
Хекс остановилась. Сделала глубокий вдох. И почувствовала покалывание в глазах.
Ветерок, темной специей донес до нее четкий связующий аромат Джона, перебивший зловоние города и ядовитую муку ее горя.
Она пошла к нему. Быстро. Быстрее...
И вот она уже побежала.
Джон встретил ее на полпути, перейдя на бег, как только увидел, что она ускорила шаг, и они с размаху врезались друг в друга.
Трудно понять, чей рот первым обрушился на другой, чьи объятия были теснее или кто оказался отчаяннее.
В этом они были равны.
Разорвав поцелуй, она простонала:
— Моя хижина.
В ту же секунду, как Джон кивнул, она дематериализовалась, он последовал за ней... и они приняли форму у ее домика.
Не дожидаясь входа внутрь, он овладел ею прямо там, на холоде.
Все произошло стремительно и неистово, она разорвала свои кожаные штаны, освободив одну ногу, пуговицы с его ширинки полетели во все стороны, затем широко разведя ноги она крепко обхватила его бедра и он до самого основания погрузился в ее сердцевину.
Джон с такой жестокостью вколачивался в нее, что Хекс ударялась головой о дверь, словно пыталась пробиться в собственный дом. А затем он всадил зубы ее в шею — не для кормления, а просто, чтобы удержать ее голову в одном положении. Он ощущался таким огромным внутри нее, растягивая ее до такой степени, чтобы она полностью могла вбирать его в себя. Хекс нуждалась в этом. В этот момент, в эту ночь она нуждалась в дикости, раскованности и в незначительном количестве боли.
Черт, да, именно в этом она и нуждалась, и получала то, что хотела.
Он кончил, сильнее прижимаясь к ее нижним губам, и его извержение пробудило внутри нее бурю, стимулируя ее собственное высвобождение.
А затем они оказались в ее хижине. На полу. Ее ноги были разведены в стороны, а его рот пировал на ее лоне.
Его руки с силой сжимали ее бедра, по-прежнему эрегированный член жадно вздымался из расстегнутых штанов, а язык, словно плеть, неистово хлестал по ней, проникал в нее, забирая все то, что он ей только что дал.
Удовольствие было невыносимым, своего рода пыткой, от которой она запрокинула голову и извивалась на полу. Ее ладони скрипели по линолеуму, когда Хекс безуспешно пыталась не откатываться назад...
Накрывший ее оргазм, оказался столь неистовым, что когда Хекс выкрикнула его имя, перед ее глазами вспыхнули яркие звезды. Возбуждение Джона не ослабло ни в малейшей степени. Когда он продолжил свой натиск, Хекс была чертовски уверена, что в какой-то момент он укусил ее во внутреннюю часть бедра в том месте, где толстая артерия снабжала кровью ее нижнюю часть тела. Но было так много посасываний, так много высвобождений, так много... всего, чтобы хоть что-то соображать или вообще о чем-то заботиться.
Когда Джон, наконец, остановился и поднял голову, они уже находились в дальнем углу рядом с гостиной. Вот это картина. Лицо ее пары раскраснелось, губы были припухшими и блестящими, клыки настолько удлинились, что Джон не мог сомкнуть челюсть. А сама Хекс была измождена: дыхание рваное, лоно пульсировало в такт биению ее сердца.
Он все еще был возбужден.
Жаль, что у нее едва хватало сил на то, чтобы хотя бы моргнуть — он определенно заслужил еще немного внимания.
Кроме того, Джон, казалось, точно знал, о чем она думала. Поднявшись между ее разведенных ног, он ухватился за свой член и начал его ласкать.
Со стоном, Хекс выгнулась в спине и толкнулась вперед бедрами.
— Кончи на меня, — прошипела она сквозь зубы.
Джон ласкал себя, обвив ладонью толстый ствол. Когда он проводил по всей длине, раздавался характерный звук. Его массивные бедра оказались широко разведены, когда он для равновесия еще шире расставил колени; мышцы предплечья резко выделялись, когда он жестче и быстрее задвигал рукой. А затем Джон что-то безмолвно выкрикнул, его тело напряглось, и горячие струи семени выплеснулись на ее лоно.
Одна мысль о том, что она влажная и липкая почти подвело Хекс к грани. Но вид его, заставляющего это произойти? отправил ее за эту грань еще раз...
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:45 | Сообщение # 38

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
* * * * *


— Она требует две сотни сверху, если он хочет, чтобы она занялись им.
Во время обсуждения условий договора со шлюхами, Кор стоял в стороне, убедившись, что скрыт темнотой, особенно, теперь, когда Тро перешел к самой сложной его части — распределению. Нет причин напоминать, что вид Кора повышал цену.
В этом заброшенном доме на Торговой улице показались лишь две девушки, но видимо третья была еще в пути — хотя платой за ее опоздание стала короткая спичка, означающая, что ей достанется он.
Хотя ее подружки и позаботились о ней, если принять во внимание, что запросили большую сумму. В конце концов, хорошие шлюхи, как хорошие солдаты, как правило, всегда заботились друг о друге.
Зайфер резко подошел к женщине, ведущей переговоры, очевидно, готовый применить свои физические активы для сохранения финансовых. Когда вампир провел кончиком пальца по ее ключице, девушка, казалось, впала в транс.
Игры с разумом не входили в особенности Зайфера. Женщины обеих рас и без того теряли голову рядом с ним.
Вампир что-то прошептал, наклонившись к уху женщины. Потом лизнул ее шею. Позади него стоял Тро — тихий, осторожный, терпеливый. Ждал своей очереди.
Всегда джентльмен.
— Ладно, — произнесла женщина, задыхаясь. — Еще всего пятьдесят...
В этот момент распахнулась дверь.
Кор и его солдаты протянули руки под плащи, отыскав оружие, готовые к убийству, но это оказалась опоздавшая проститутка.
— Привет, девчонки, приве-е-ет! — поприветствовала она своих подруг.
Она остановилась в дверях, едва держась на ногах от количества выпитого. Тесный жакет и вся остальная одежда выдавали в ней шлюху. Очевидно, она плотно подсела на что-то — на лице ее расплывалась блаженная улыбка кайфа, от недавно принятой дозы.
Отлично. Договориться с этой будет не трудно.
Зайфер хлопнул в ладоши.
— Ну-с приступим.
Женщина рядом с ним захихикала.
— Мне нравится твой акцент.
— Тогда ты можешь заполучить меня.
— Секундочку, и мне! — хихикнула еще одна женщина. — Мне тоже нравится твой акцент!
— Ты позаботишься о моем товарище солдате и друге. Который, вам сейчас и заплатит.
Тро вышел вперед с наличными и когда он скупо раздал купюры в ожидающие ладони, шлюхи сосредоточились на этих двух мужчинах, а не на деньгах.
Профессиональная смена ролей, которая — Кор готов был поставить на это — происходила не так уж и часто.
А затем они выбрали партнеров, Тро и Зайфер растащили свою добычу по углам, в то время как Кор остался с обдолбанной проституткой.
— Так мы собираемся чем-то заняться? — с заученной улыбкой спросила она. Выражение глаз, смягченное наркотиками, сделало ее почти нормальной.
— Иди ко мне.
Он протянул руку из темноты.
— О, мне это нравится! — Она подвинулась бочком, раскачивая бедрами. — Ты говоришь как... даже не знаю.
Когда она вложила свою ладонь в его, он притянул ее к себе... но затем она дернулась назад.
— О... э-э... гм... ладно.
Отвернувшись, она потерла свой нос, а потом ущипнула его, словно не могла вынести исходившей от него вони. Логично. Потребовалось бы гораздо больше воды, чтобы хоть немного смыть всю эту кровь. Естественно, Тро и Зайфер улучили момент дематериализоваться домой и отмыться. Он же продолжал драться.
Хлыщи. Оба. С другой стороны, их женщины не пытаются от них смыться.
— Все нормально, — сказала она с покорностью. — Но без поцелуев.
— Не знал, что предлагал это занятие.
— Ну, раз мы это выяснили…
Стоны становились все громче, и Кор уставился на женщину. Ее разметавшиеся по плечам волосы, выглядели спутанными и неживыми. Лицо было покрыто толстым слоем косметики, помада размазалась в углу рта, тушь потекла. От нее пахло дешевыми духами вперемешку с потом и...
Кор нахмурился, уловив неприятный запах.
— Слушай, — сказала она, — не смотри так на меня. Такова моя политика и ты можешь...
Он отпустил ее, протянул руку и сдвинул с одной стороны светлые волосы женщины, обнажая горло... и ничего, кроме гладкой кожи. А с другой стороны...
Ага, вот они. Две ранки от укуса прямо на яремной вене.
Она уже использовалась сегодня кем-то из его вида. Что объясняло ее опьянение и шибанувший в его нос пряный запах.
Кор вернул волосы на место и отступил.
— Поверить не могу, что ты так разозлился, — насупилась она. — И только потому, что я отказалась тебя целовать... я не верну деньги. Сделка есть сделка.
Кого-то накрыло оргазмом. Звуки наслаждения — такие богатые и насыщенные — на короткое время превратились в симфонию, которая может раздаваться только из комнат в публичном доме.
— Конечно же, ты можешь оставить деньги себе, — пробормотал он.
— Знаешь что, можешь забрать их обратно. — Она швырнула в него пачку. — От тебя несет, как из помойки, и ты уродлив, как смертный грех.
От удара о его грудь купюры рассыпались; он склонил голову и коротко бросил:
— Как пожелаешь.
— Да пошел ты.
Скорость, с которой она превратилась из милашки в суку, доказывала, что такие перепады настроения для нее в норме. Еще один довод в пользу сохранения дистанции между собой и женским полом...
Когда он наклонился, чтобы поднять деньги, она попыталась ударить его ногой по голове.
Ой, зря. Годы тренировок и боевого опыта дали возможность его телу защитить себя без команды рассудка; шлюха была поймана за лодыжку, лишена равновесия и брошена на пол. И прежде чем он сам осознал свое движение, он уже прижимал ее к полу, а его рука держала хрупкую шейку в мертвой хватке.
Готовый ее сломать.
Никакой больше агрессии. Теперь она хныкала и умоляла.
Он тут же успокоился, вскочил на ноги, освобождая ее и помогая ей опереться на стену. В приступе гипервентиляции ее грудная клетка судорожно вздымалась и опускалась, а фальшивая грудь норовила выскочить из чашечек бюстгальтера.
Наблюдая за ней он думал, как бы в этой ситуации поступил Бладлеттер. Вряд ли бы он позволил ей хоть заикнуться о нежелании его целовать — он взял бы то, что желал, на своих условиях, и срать он хотел на причиненную ей боль. Или на ее смерть.
— Посмотри на меня, — приказал Кор.
Она подняла на него широко открытые растерянные глаза и он стер ее память, отправив в транс. Она сразу же успокоилась, тело обмякло, руки перестали трястись как при лихорадке.
Кор собрал деньги и положил ей на колени. Бедняга заслужила их за все те синяки, что проявятся у нее поутру.
Со стоном Кор опустился у стены и устроился рядом с ней, вытянув ноги и скрестив их в лодыжках. Ему нужно было забрать мешок с трофеями и косу с небоскреба, но в этот момент он был слишком вымотан, чтобы дематериализоваться.
Кормления ему сегодня не видать. Даже с гипнозом.
Если он возьмет вену сидящей рядом с ним женщины, то точно ее убьет. Он был зверски голоден, и не знал, насколько она истощена предыдущим укусом. Но был уверен, что ее кровяное давление и так слишком низкое.
Кор наблюдал, как у противоположной стены его солдаты трахают шлюх, и должен был признать, что движения тел выглядели весьма эротично. Он предположил, что при других обстоятельствах Зайфер объединил бы эти две пары в один большой клубок рук, ног, грудей, членов и скользких щелей. Но, конечно же, не здесь. Комната была слишком грязной, холодной и небезопасной.
Прислонив голову к стене, Кор закрыл глаза и продолжал слушать.
Если он уснет, а его солдаты зададутся вопросом о его кормлении, дабы развеять их сомнения он сможет использовать метки, оставленные на шее девушки каким-то другим вампиром.
А погрузить клыки в другой источник пищи время еще найдется.
По правде говоря, он ненавидел кормиться. В отличие от Бладлеттера, он не получал удовольствия от принуждения женщин, а женщины, видит Бог, никогда не приходили к нему добровольно.
Вероятно, что появлением на свет он также обязан проститутке.
Кто-то снова приближался к оргазму, на этот раз один из его солдат — скорее всего Тро; и Кор представил себя с другим лицом, красивым, привлекательным лицом, которое бы нравилось женщинам, а не заставляло их вопить от отвращения.
Возможно, ему следовало бы вырвать свой собственный хребет.
Хорошо, что это были сокровенные мысли. Никто не должен знать о твоих слабостях.
И как только прекращаешь на них зацикливаться, ты спокойно можешь выбросить их в мусорный бак в своей голове, где им и самое место.
 
Дата: Понедельник, 23.12.2013, 10:54 | Сообщение # 39

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
Глава 18


Переводчики: lorielle, Stinky
Вычитка: guff, Светуська


Куин никогда, особо, не был из терпеливых. А так хорошо все начиналось. Ну да, если не учитывать, что он уже дважды навешал лапши о местонахождении Джона Мэтью.
М-да.
Он слонялся у потайной двери под парадной лестницей — чтобы в случае чего, если кого завидит, тут же нырнуть в тоннель — к тому же оттуда открывался отличный обзор вестибюля, что в переводе: когда открылась дверь, он получил полную картинку своей безгранично обожаемой парочки: Блэя с Сакстоном.
А как же, с его везением иначе и быть не могло.
Блэй как настоящий джентльмен, кем он собственно и являлся, придержал дверь и когда вошел Сакстон, ублюдок через плечо бросил на него, из-под полуопущенных век, затянувшийся взгляд.
Чуваки, этот взгляд был похуже того, как если бы они просто засосались при всех.
Стопудово, они провели отличную трапезу, после чего вернулись на сакстонскую хату для милых игрищ, которые трудновато было осуществить в этом особняке. Полное уединение — да в этом месте?!..
Блэй снял пальто от
Барберри, воротник его шелковой рубашки был широко распахнут, демонстрируя укус на шее... и на его ключице.
Один Бог знал, где еще он его....
Внезапно Сакстон сказал нечто такое, от чего Блэй покраснел, а последовавший за этим немного застенчивый сдержанный смешок, заставил Куина захотеть въебать во что-нибудь кулаком.
Превосходно, так шлюшка еще и комиком на полставки, а Блэй, похоже, в восторге от его шуточек.
Просто фантастика.
Ни чего не скажешь.
На этой ноте Сакстон пошел вверх по лестнице, а Блэй повернул в другую сторону...
Дерьмо. Куин отскочил и бросился обратно к двери, дрожащими руками пытаясь сдвинуть щеколду.
— Привет.
Руки Куина замерли. Его тело застыло. Сердце… да, тоже остановилось.
Этот голос... этот мягкий, глубокий голос, что он слышал практически всю свою жизнь.
Выпрямившись, он решил послать к хуям собачьим идею смыться по-тихому, и повернулся к своему бывшему лучшему другу, пытаясь вести себя как мужчина, которым он был.
— Здорово. Хорошо провел ночь?
Дерьмо, он тут же захотел забрать эти слова обратно. Разве ему нужно это знать?
— Да, а ты?
— Угу. Что ж, мы тут выходили с Джоном, а теперь он вернулся обратно и мы вроде как собирались с ним пойти потягать железо. Если он еще не передумал.
Трудно понять, ложь или боль в груди прорывали в нем словесный понос.
— Не пойдешь на Последнюю Трапезу?
— Нет.
Стрекот сверчков на заднем фоне. Сигнал
«The Jeopardy!» Да что там эти звуки, сбрось сейчас ядерную бомбу — Куин не заметил бы, и атомный гриб, выросший прямо в этом месте.
Боже, у Блэя были такие охренительно голубые глаза. И... святое дерьмо, оба истинно одинаковые.
Когда это было в последний раз?
А-а, да. Сразу после того, как Блэй с его кузеном в первый раз... съякшался.
— Итак, смотрю, ты снял весь свой пирсинг, — заметил Блэй.
— Не весь
— С чего вдруг? Я имею в виду... он всегда был частью тебя, понимаешь?
— Думаю, я больше не хочу самовыражаться таким образом.
Когда брови Блэя взметнулись вверх, часть Куина захотела сделать то же самое. Он ожидал, что что-то еще вылетит из его рта. Что-то вроде: «Ай» или «Да пофигу» или «Не волнуйся, кое-где у меня пока еще навешан».
После чего его, скорее всего, вывернуло бы в пакет, а затем он отшутился бы о яйцах размером с его репу.
Неудивительно, что Сакстон оказался привлекательнее.
— Ну, как-то так, — повторил он. Потом откашлялся. — А как дела у... вас?
От этой реплики рыжие брови начали свое второе путешествие наверх.
— Я... хорошо, мы... э, тоже в порядке.
— О'кей. Гм…
Через мгновение Блэй оглянулся через плечо на дверь в столовую. Ну конечно, в поисках путей отступления.
«А, не парься, — хотел сказать Куин. — Сделай мне одолжение. Там на полу валяется осколок моего сердца, не наступи на него, когда будешь уходить. Огроменное. Спасибо».
— Ты в порядке? — спросил Блэй.
— Угу. Пойду, поработаю с Джоном. — Что-то он повторяется. Твою мать. Прям, как крушение поезда. — А ты куда направляешься?
— Пойду... возьму чего перекусить для нас с Саксом.
— Тоже пропускаете Последнюю трапезу, парни? Угадай, что у нас с вами общего. — Команда поддержки машет помпонами и приветствует игроков. Вау. — Что ж, ну, наслаждайтесь. Я, я имею в виду...
Напротив, в холле широко распахнулась входная дверь и валился Джон Мэтью.
— Сукин ты сын, — прошипел Куин. — наконец приперся, ублюдок.
— Мне показалось, ты сказал, что он...
— Я его прикрывал. То есть, нас обоих.
— Вы были не вместе? Погоди, если тебя поймают, когда ты не с ним...
— Не по собственной воле. Уж поверь.
Когда Куин сократил расстояние между собой и Мистером Независимость, Блэй пошел с ним. Джон взглянул на парочку и его довольное выражение лица испарилось, словно кто-то вогнал в его задницу девятый номер металлической клюшки для гольфа.
— А ну-ка на пару слов, — проскрежетал Куин.
Джон огляделся вокруг, словно искал укрытие. Ага, дохлый номер — холл был совершенно пуст от мебели, и у немого сучонка кишка тонка, отскочить настолько далеко, чтобы оказаться в столовой.

«Куин, я собирался брякнуть...»
Куин схватил парня за горло, и толкнул его в сторону Бухлопопкорн Лэнда. Переступив порог, Джон вырвался из хватки и направился к бару. Достав бутылку Джека, он сорвал крышку.
— Решил, это все смехуечки? — Куин ткнул пальцем в слезу, вытатуированную у него под глазом. — Я должен находиться с тобой каждую секунду ночи и дня, мудак. Я врал из-за тебя последние сорок минут...
— Ага. Так и было.
Когда позади подал голос Блэй — это стало сюрпризом. И каким же приятным.

«Да ладно, я пошел проведать Хекс. Сейчас, она мой приоритет».
Куин вскинул руки.
— Отлично. Поэтому, когда Ви приколет к моей груди розовый листочек с уведомлением об увольнении, можешь все так же не напрягаться. Спасибо.
— Джон, ты не можешь так легкомысленно к этому относиться. — Блэй подошел и взял стакан, будто опасался, что их приятель высосет всю бутылку в одно рыло. — Дай-ка мне это.
Он взял выпивку, налил добрую порцию и...
Выпил залпом.
— Что? — пробормотал он, когда оба парня уставились на него. — Да, подавитесь.
Джон сделал глоток и уставился в пространство. Помолчав, он толкнул бутылку
Джека в сторону Куина.
Закатив глаза, Куин проговорил:
— Смахивает на извинение, и, так и быть, я его принимаю.
Взяв бутылку, его вдруг осенило, что их троица существует уже на протяжении нескольких лет. Еще до своего перехода они каждый вечер после тренировок зависали в прежней комнате Блэя в доме его предков, забывая о времени, рубясь в видеоигры, распивая пивасик и разглагольствуя о будущем.
А теперь, когда они, наконец, там, где всегда и хотели быть? Каждый идет своей дорогой, в разных направлениях.
С другой стороны, Джон был прав. Парень сейчас был связан по всем правилам, так что, конечно, центр его внимания был сосредоточен в другом месте. И Блэй имел полное право отлично провести время с шлюховатым Сакстоном.
Только один Куин был позабыт богами.
— Ебать чертей в жопу, — обратился он к Джону. — Давай просто забудем об этом.
— Нет, — вклинился в разговор Блэй. — Это не нормально. Джон, кончай вести себя как идиот... ты должен был позволить ему пойти с тобой. Мне плевать, намылился ли ты к Хекс или нет. Он обязан быть рядом с тобой.
Куин перестал дышать, сосредоточившись на парне, что был его лучшим другом, который никогда не был его любовником... и никогда им не станет.
Даже после всего того, что произошло между ними, и всех обломов с его стороны, которые уже обросли легендой, Блэй по-прежнему стоял за него горой.
— Я люблю тебя, — вдруг выпалил Куин в тишине.
Джон поднял руки и показал жестами:
«Я тебя тоже. И мне действительно чертовски жаль. Но это дело между мной и Хекс...»
Бла-бла-бла. Или, в данном случае, Бла-бла-бла на амслегне.
Куин ничего не слышал. Пока Джон все распинался, объясняя свою ситуацию, Куин испытывал соблазн прервать его и рассмотреть вопрос не о том, что он там лопочет, а о том, кому он это адресовал. Помимо всего прочего Куин мог думать только о том, что Блэй ввалился с Саксом, и о том его ебучем румянце.
Ему потребовались все силы, чтобы перевести взгляд на Джона и выдавить из себя:
— Ладно, мы же можем уладить этот вопрос? Просто позволь мне следовать за тобой... я не буду подсматривать, честное слово.
Джон что-то показал. Куин кивнул. Блэй начал отступать, сделав шаг назад, затем второй и третий.
Еще разговор. Говорил Блэй.
А затем парень повернулся и вышел. За хавчиком. Чтобы потом подняться к Сакстону.
Тихий свист заставил Куина вздрогнуть и сосредоточиться на Джоне.
— А, да, конечно.
Джон нахмурился.

«Ты хочешь, чтобы штрафной талон за парковку в неположенном месте приклеили тебе на лобешник?»
— Что?
«Прости, у меня создалось такое ощущение, что ты меня не слушаешь. И думаю, я оказался прав».
Куин пожал плечами.
— Считай, что я больше не зол на тебя
.
«О, отлично. Но Блэй прав. Такое больше не повторится».
— Спасибо, чувак.
«Выпьешь?»
— А то. Отличная идея. И в самое время. — Он подошел к бару. — Как бы там ни было, а бутылочка у меня всегда найдется.
 
Дата: Четверг, 26.12.2013, 17:18 | Сообщение # 40

~Magic Star~
Группа: Главный Модератор
Сообщений: 10467
загрузка наград ...
Статус:
Глава 19


Переводчики: Stinky, AlexandraRhage, lorielle
Вычитка: guff, Светуська


— Ее больше нет.
Лэсситер оглянулся через плечо на звук мужского голоса. На противоположном конце спальни у двери стоял Тор, опираясь на косяки, чтобы удержать себя в вертикальном положении.
Лэсситер опустил толстовку, которую упаковывал. Он занимался этой чемоданной рутиной не потому, что мог что-то из этого дерьма прихватить с собой, а потому, что это казалось единственным способом привести свои вещи в порядок перед призывом, который неминуемо скоро последует. После того, как его затянет обратно в Промежуточную, прислуге придется выбросить его шмотье и собранные им пожитки.
Брат вошел в комнату и закрыл дверь, оставив их вдвоем.
— Ее больше нет. Она умерла. — Тор проковылял дальше и сел на кушетку. — Ну вот, я это сказал.
Лэсситер припарковал свою задницу на кровать и уставился на парня.
— И ты, серьезно, считаешь, что этого достаточно.
— Что, мать твою, ты хочешь, чтобы я сделал?
Он вынужден был усмехнуться.
— Да ладно. Если бы не это устроенное тобой представление, ты бы уже как несколько месяцев назад вытащил бы ее от туда, а я бы уже давно свалил.
Тор удивленно засмеялся.
— Эй, эй, чувак, — пробормотал Лэсситер. — Я не хочу выколачивать из тебя дерьмо. Для начала ты слишком хилый... в то время как я в превосходной форме. А во-вторых, ты отличный малый. И заслуживаешь лучшего.
Теперь Тор выглядел шокированным.
— Ой блядь, вот только не надо. — Лэсситер поднялся и вернулся к выдвинутым ящикам комода. Достав пару кожаных штанов, он расправил их, а затем снова сложил.
Занятые руки должны были помочь мозгу сосредоточиться. Но на деле, это никак не работало. Возможно, ему просто нужно побиться башкой об стену.
— Куда-то намылился? — спросил Брат некоторое время спустя.
— Ага.
— Оставляешь меня?
— Повторюсь. Не я устанавливаю здесь правила. Меня заберут обратно, и пусть лучше это произойдет раньше, чем позже.
— Заберут куда?
— Туда, откуда пришел.
Он вздрогнул, хотя и едва заметно. Но вечная изоляция была адом для кого-то вроде него.
— Конечно, не о таком путешествии я мечтал.
—Ты отправишься туда... где находится Велси?
— Я уже говорил тебе, что не бывает одинаковых Промежуточных.
Тор уронил голову на руки.
— Я не могу просто взять и исправить себя. Она была всей моей жизнью. Каким образом, черт возьми, я…
— Для начала можешь начать с прекращения самокастрации с помощь кулака, когда у тебя стояк на другую женщину.
Когда Брат ничего не сказал, у Лэсситера возникло такое ощущение, что парень сейчас пустит слезу. Чем конечно усугубит и без того неловкую ситуацию. Господи. Черт бы все это побрал.
Лэсситер покачал головой.
— На самом деле, я не подходящий ангел для такой работенки.
— Я никогда ей не изменял. — Тор шмыгнул носом, вполне мужественное сопение, без хлюпанья. — Другие мужчины... даже те, что связаны, я имею в виду, заглядываются на женщин время от времени. Возможно, они иногда зависают с кем-то на стороне. Но не я. Она не была идеалом, конечно, но вполне меня удовлетворяла. Черт, а когда Рофу было необходимо, чтобы кто-то проследил за Бэт до того, как они соединились? Он послал меня. Потому что знал, что я к ней не приближусь, и не только из-за уважения к нему, но и потому что я ни в малейшей степени не был в этом заинтересован. У меня вообще никогда не было и мгновения, чтобы я подумал о ком-то другом.
— Ты сделал это сегодня ночью.
— Не напоминай.
Что ж, по крайней мере, до него это доперло.
— Вот поэтому я и собираюсь в поездку в Никогда-Не-Вернусь-Обратно-Лэнд в один конец. А твоя шеллан останется там, где она и сейчас.
Тор потер центр груди, словно испытывал там нестерпимую боль.
— А ты уверен, что я не умер и уже не нахожусь в этом «Где-то Между»? Потому что чувствую я себя точно так, как ты и описывал. Страдаю, но пребываю не в Дхунде.
— Не знаю, может, некоторые и не осознают, что находятся там... но мое направление ясно, как звук колокола. А вся фишка в том, чтобы ты отпустил ее и позволил двигаться дальше.
Тор опустил свои руки, будто также поступил и с миром.
— Никогда не думал, что может случиться что-то похуже ее смерти. Даже вообразить себе не мог ход событий, который причинил бы еще больше страданий.
Он выругался.
— А должен бы знать, что судьба-садистка также безгранично изобретательна. Представь..., чтобы для единственной, которую я люблю стать билетом в Забвение — я должен трахнуть другу женщину. Невероятное уравнение. Просто, мать твою, феерическое.
«Это еще что, — подумал Лэсситер. — Но сейчас не время ворошить этот улей».
— Вот скажи мне, — попросил Брат. — Как ангел ты веришь, что некоторые люди прокляты изначально? Что некоторые жизни были обречены еще с момента зачатия?
— Кто знает… — Черт, он не собирался углубляться в это. Только не он, — … я…, э-э-э, я думаю, что жизнь предоставляет шанс каждому живому, дышащему ублюдку на этой планете. Но, по определению, шанс случаен и несправедлив.
— А как насчет вашего Творца? Неужели Он не играет в этом никакой роли?
— Нашего, — пробормотал он. — Даже знаю. Я не слишком-то, полагаюсь на что-либо.
— Ангел-атеист?
Лэсситер рассмеялся.
— Возможно, именно поэтому я и в дерьме.
— Не-е. Это потому что ты можешь быть настоящим засранцем.
Они оба усмехнулись. А затем посидели в молчании.
— И что дальше? — спросил Тор. — Нет, правда, что, что б ее, судьба еще мне подкинет?
— То же самое, что и любое усилие. Кровь, пот и слезы.
— Всего-то, — сухо усмехнулся Тор. — А я-то думал, что это могли оказаться рука или нога.
Когда Лэсситер не ответил, Брат покачал головой.
— Послушай, ты должен остаться и помочь мне.
— А толку-то.
— Я буду усерднее стараться. Пожалуйста.
Спустя вечность Лэсситер кивнул.
— Ладно. Так и быть. Помогу.
Тор выдохнул медленно и протяжно, словно от облегчения, но показывая, что знает — у них все еще есть проблемы.
— Знаешь, — признался Брат. — Когда мы впервые встретились, ты мне жуть как не понравился. Я считал тебя полным засранцем.
— Аналогично. Хотя дело тут не в засранце... и ничего личного. Просто, как я уже сказал, мне никто особо не нравится, и я ни во что не верю.
— Даже если остаешься помочь мне?
— Не знаю... думаю, что просто хочу того же, что и твоя шеллан. — Он пожал плечами. — Живой ты или мертвый — не имеет значения. Каждый просто стремится домой. К тому же... ты вроде не так уж и плох.
 
Форум » Гильдия переводчиков » Переводы сайта » Возрождённый любовник (Дж. Р. Уорд - серия "Братство черного кинжала" - 10 книга)
  • Страница 2 из 8
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 7
  • 8
  • »
Поиск:
Статистика Форума
Последние темы Читаемые темы Лучшие пользователи Новые пользователи
Любимый Зомби (0)
Сладкое Искушение (0)
Девушка, Козёл и Зомби (0)
Цитаты (105)
Рецепты фирменных блюд (109)
Ангел для Люцифера (371)
Мальчик и Дед Мороз (0)
В погоне за наградой (6246)
ЧТО ЧИТАЕМ В ДАННЫЙ МОМЕНТ? (1092)
БУТЫЛОЧКА (продолжение следует...) (5106)
Блондинки VS. Брюнетки (6894)
В погоне за наградой (6246)
Карен Мари Монинг (5681)
БУТЫЛОЧКА (продолжение следует...) (5106)
Слова (4899)
Везунчик! (4895)
Считалочка (4637)
Кресли Коул_ часть 2 (4586)
Ассоциации (4038)

Natti

(10467)

Аллуся

(8014)

AnaRhiYA

(6834)

HITR

(6399)

heart

(6347)

ЗЛЕША

(6344)

atevs279

(6343)

Таля

(6276)

БЕЛЛА

(5383)

Miledy

(5238)

Вампирка7400

(30.01.2023)

Mirra6136

(30.01.2023)

Mikheenchik

(29.01.2023)

apetrushina7390

(28.01.2023)

ження

(28.01.2023)

Курт

(26.01.2023)

kor-articulus

(24.01.2023)

genocyd2009

(24.01.2023)

Elly23

(21.01.2023)

korikokoro

(21.01.2023)


Для добавления необходима авторизация

Вверх